Добавьте меня в друзья

«Я так скучаю по тебе, дорогая Мануэла (он часто называл её по имени, потому что знал, что это нравится любому человеку), я хочу видеть тебя каждую минуту, вдыхать аромат твоих волос, любоваться твоим прекрасным лицом. Я буду доволен, если ты пришлёшь мне фото»

Мануэла ужинала, на ночь есть не любила, поэтому пила травяной чай с сухофруктами. Как сидела в любимой домашней майке, без макияжа, с «вороньим гнездом» на голове, которое держалось благодаря простому карандашу – так и сделала несколько сэлфи.

«Ты выглядишь так красиво и мило без макияжа.

Вот так я хочу, чтобы ты выглядела каждый день. Красиво и естественно».

«Я люблю твои фото. Ты так восхитительна. Я хочу вытащить карандаш из твоей головы»

«Но я хочу и другие твои фото. Ты понимаешь, какие».

Она, конечно, поняла: «Прохвост обнаглел» – и захохотала, представив, как будет позировать в обнажённом виде, чтобы ему понравиться. Отвечать не стала.

«Тебе не надо меня стесняться. Мы близкие люди, мы любовники».

«Дорогой, я не помню, когда мы стали любовниками, но публиковать в интернете нескромные фото я не собираюсь.

Можешь забыть о своей просьбе».

«Хорошо, когда мы будем вместе, я буду много любоваться тобой»

«Вот когда будем….»

«Я хочу больше видеть, где ты живёшь»

– Это легко! – Мануэла сделала снимок из спальни, кабинета, гостиной, потом подумала, раздвинула шторы в гостиной, открылось большое французское окно, сквозь которое хорошо просматривался двор, фонарь хорошо освещал беседку, узкие клумбы вдоль забора, любимый «Опель».

Отправила Прохвосту целую фотогалерею.

– Любуйся, голубчик.

Михал с любопытством разглядывал снимки, обстановка была недорогой, он узнал некоторые предметы из «Икеи», всё было очень уютным, было то, что он любил больше всего: приглушённый свет больших настольных ламп, мохнатые ковры, мягкие пледы и множество подушек. На диване растянулась длинная рыжая такса, смешно закрыв нос лапой, на журнальном столике стояла неубранная чашка, рядом губная помада.

Особенно долго рассматривал он спальню. Она была в глубоких серых тонах, однотонные обои, такие же занавески из тёмно-серой органзы, широченная кровать, застеленная шёлковым покрывалом с контрастным рисунком: на черном фоне ярко-красные иероглифы и зеленые веточки бамбука. Рядом тумбочка с настольной лампой, у окна кресло-качалка, на спинку небрежно брошен махровый халат. Над кроватью – фотообои с огромным металлически- белым тигром с очень выразительной мордой.