Летиция, или На осколках памяти

Она была настоящей оптимисткой! Грусть и слезы – это не для Мирры Зильберштейн! На вид ей можно было дать около двадцати: тонкая, почти невесомая фигурка в белом платье, позволяла ей передвигаться, как бы едва касаясь земли. Казалось, подуй сильный ветер, он поднимет ее и понесет, кружа над рекой, озерами и над всей этой земной красотой, русского Поволжья.

Заметив Дмитрия в открытом окне, девушка быстро направилась прямо к нему. Подойдя и привстав на цыпочки, протянула узкую, маленькую ладошку со словами:

– Вы – Дмитрий?! А я – Мирра! – она весело улыбнулась и на ее смуглом, почти детском личике, блеснула сахарная улыбка, поразив лейтенанта своей белизной.

– Не зря стоматолог! – вспомнил Ильин, улыбнувшись в ответ.

– Хочу еще раз поблагодарить Вас за вкусное печенье!

– Пожалуйста! А я еще испеку! – обрадованно отозвалась девушка.

Тут приблизилась ее мать и, проходя мимо молодежи у открытого окна, приветливо кивнула им.

Вскоре в доме заслышались женские голоса. Дмитрий вышел из комнаты, чтобы самому поздороваться с хозяйкой Екатериной Сергеевной.

Она ответила, улыбнувшись:

– Очень приятно, скоро будем обедать. Проходите в гостиную, Дмитрий. – и пошла распорядиться накрыть стол. А Мирра, ослепляя парня своей сахарной улыбкой, сказала:

– Они еще провозятся минут двадцать. Мы обедаем в два часа. Хотите посмотреть мою комнату? Она смело взяла парня под локоть, а он от смущения покраснел:

– Конечно. Покажите.

Мирра толкнула от себя дверь напротив, впорхнула во внутрь и придерживая дверь спиной, пропустила Дмитрия в свою комнату.

Она была такой же площади, как и у Дмитрия, но окном выходила на противоположную сторону, где отлично просматривалась лужайка перед домом с качелями под огромным зонтичным тентом и дачной уличной мебелью, привезенной отцом семейства из зарубежной поездки.

Солнце, жаркое для этой поры, заливало своим светом комнату Мирры. Дмитрий заметил, что волосы у нее волнистые, на концах скрученные в тугие спиральки.

Коротко остриженные на затылке, они открывали постороннему взору шею и верхнюю часть спины девушки. Немного острая, почти подростковая фигура, делала Мирру Зильберштейн значительно моложе своих лет. Несколько крупноватый нос, под стать ему пухлые губы от природы малинового цвета и живые карие глаза изумительной миндалевидной формы с пушистыми ресницами. Не сказать, чтобы красавица, но внешность яркая, индивидуальная, как часто бывает у полукровок.