Уничтожу тебя, принцесса

– Я поцеловал тебя, чтобы показать, что могу закрывать твой рот в любое время, чтобы он больше не нёс всю эту самоуверенную чушь. Ты слишком высоко вознесла себя, Крис, уверенная, что все твои поступки сходят тебе с рук. Пора бы сбить с тебя эту корону.

Я наклоняюсь к нему, делая свой голос низким и сладким:

– И кто же это будет? Ты?

А он так непринуждённо кивает:

– Считай, доброволец.

Но я лишь снова смеюсь, качая головой.

– Нет, ты всего-то – бедный, обиженный мальчик, с раненым эго, что его переиграла какая-то девочка.

 – Мой голос обращается в холодную сталь, когда медленно и вкрадчиво произношу: – Я зарабатывала себе репутацию здесь два года, думаешь пришёл, задвинул пару угроз про обезглавливание, попытался пристыдить, и всё? Это сработает? Огорчу тебя, Багиров, но всё, что ты сделал – нажил себе врагов.

Арсу, очевидно, на них без разницы. Как и на все мои слова, потому что его голос продолжает звучать ровно.

– Так тем более, Крис, чего тебе тогда бояться, если ты уверена, что у меня ничего не получится? Я останусь в дураках и приму, что эта девчонка достойно уделала меня, а не подло и исподтишка.

Или же докажу тебе, что твоя жизнь разрушиться слишком быстро, потому что ты просто избалованная, зазнавшаяся стерва, которой самой на этот раз придётся платить за свой первый раз.

Я прожигаю глаза Арса уничтожающим взглядом. Он смог загнать меня в угол: откажусь, проиграю сразу. Сама мысль, что я этого боюсь и он знает, будет изводить меня каждый день.

– Одна несостыковка, Арс.

Какой мне с этого прок?

Я уже думаю, что на этом мы закончим, как он говорит:

– Всё, что захочешь, Крис, мне терять нечего. Можешь даже озвучить свои требования потом. Месяц, если за это время я не смогу опустить тебя с трона, сделаю всё, что захочешь. Соглашайся, принцесса, – он склоняет голову в бок. – Я всё равно это сделаю за всё, что ты сделала, так хоть у тебя будет мотивация бороться сильнее.

Ох, у меня аж ухмылка на губах появляется. Это я ему сейчас подброшу мотивацию бороться сильнее, когда, наклонившись почти вплотную, произношу всего одно имя:

– Дана, – а стоит только увидеть, как сжимается его челюсть, добавляю: – Ты сделаешь всё, чтобы она поверила, что омерзительна тебе.

Моё сердце объявляет мне самый настоящий бойкот, ненавидя за то, что я заставила его почувствовать эту боль, которая пронзает его от холодного взгляда Арса. Но я игнорирую его, продолжая провоцировать, потому что вижу в глазах Багирова сомнение.