Вечеринка в турецких банях

Ты прекрасно знаешь, что я сама люблю иногда поэкспериментировать, но… Для молодежи этот экстрим, наверное, действительно актуален, но твоя-то внешность должна соответствовать возрасту: и вообще, твоему положению, наконец!

– Я всегда говорила, что все мои усилия и старания, потраченные на твое воспитание, пошли прахом, – недовольно проворчала Анна. – Не смей указывать на мой возраст! Ты не находишь, что это наглость с твоей стороны?

– Прости, не удержалась, – огрызнулась Ника. – Ты не скажешь, зачем ты привезла с собой это чудо в разноцветном оперении?

– А что такого? Привезла и привезла.

Девочка уже взрослая, кормить ее с ложечки не надо, так что расслабься и получай удовольствие.

– Господи, час от часу не легче: ты еще и разговариваешь. как дворовая шпана! – Ника всплеснула руками. – Где ты подцепила эту подружку?

– Что значит – подцепила? Она живет со своими родителями, рядом со мной. Их семья полгода назад уехала из России в Майами на постоянное место жительства, там мы и встретились.

Это мои соседи.

– Так она русская?

– Конечно!

– А почему ты называешь ее Марго?

– Марго, Марина – какая разница? Лишь бы человек был хороший, – махнула Анна рукой. – Мой Эдвард тоже звал меня Энни, однако я не перестала быть после этого русской Анной.

– Марина, то есть Марго, москвичка?

– Ты не поверишь: оказывается, они тоже из Бирюлева, жили недалеко от меня, на соседней улице. А познакомились за тридевять земель. Чудеса, правда? Когда Лариса, мать Марины, узнала, что я еду в Москву, она попросила меня взять дочку с собой.

Девочка все еще никак не может привыкнуть к чужому месту, к чужим людям, очень скучает по своим друзьям. Ну, я и взяла ее, пусть порадуется. Да сделай ты, наконец, лицо попроще, – улыбнулась Анна. – Ты совсем не рада, что я приехала?

– Я очень рада, я скучала, но… Марго тоже будет жить с нами?

– А ты считаешь, что я должна бросить ее на произвол судьбы и оставить на улице? – фыркнула Анна. – Конечно, она будет жить с нами, и не задавай глупых вопросов, ты знаешь, что я этого не люблю.

Я тебя не узнаю! И вообще, мы едем наконец домой или как?

– Я тебя тоже не узнаю, мама, – пробормотала Вероника. – Да, едем. Привезу тележку для ваших чемоданов. Возьми ключи, иди к моей машине, она на стоянке. Это недалеко, из дверей выйдешь и сразу увидишь.

– Ты думаешь, что я уже страдаю старческим склерозом и забыла, где стоянка в Шереметьеве? – подбоченилась Анна. – Наглеешь прямо на глазах!

– Извини.