Византийский узел

Родятся в грехе, живут в нем и умирают, не зная о рае небесном, в ад попадая. Мы, монахи монастырей христианских, посланы к вам патриархом, дабы нести слово Божье, помочь вступить в лоно церкви, замолить грехи, поколениями свершенные.

Открывшаяся дверь впустила двух молодых воинов, один из которых был коротко стрижен, на голове другого раскинулась грива густых рыжих волос.

– Звал, батька? – спросил один из витязей.

– Да, звал. Слава, подходи сюда, становись рядом. А ты, Мишаня, сходи за Людмилой, нужда мне в ней есть.

С ней сам сюда придешь. Поторопись, чувствую, разговор у нас со святым отцом долгим будет.

– Понял. Сейчас придем.

Между тем, рыжий юноша проследовал к помосту, молча встал за левым плечом боярина.

– Как звать-то тебя, чернец?

– Я монах Иоанн, со мной вот послушник Петр. Богу нашему Иисусу Христу молимся денно и нощно, о том, чтоб ниспослал он на землю благодать великую, помог славянским племенам избрать веру новую для них, веру праведную…

– Стоп, стоп, это я уже понял.

Ты расскажи мне, что в вашей империи происходит. Как здоровье императора? Не беспокоят ли границы ваши армии восточных царей? До нашего медвежьего угла вести доходят с большим опозданием.

Не успел разговор начаться, когда в светлицу вошел Мишка с молодой женщиной в широком сарафане, ее живот указывал на то, что не за горами то время, когда на свет появится младенец. Молодой воин по кивку боярина поставил рядом с его креслом обшитый плотной тканью столец и, подав руку, усадил на него женщину.

– В империи, слава богу, все в порядке, правит нами сейчас мудрый базилевс. Несмотря на свою молодость, Иоанн Цимисхий уже проявил себя умелым полководцем, ведя войны в Малой Азии. Что касается его здоровья, то он здоров. Границы наши тверды, как никогда. А помыслы императора направлены на север, он может оказать своему брату Святославу любую помощь в делах его ратных и поместных.

– А нужна ли Святославу помощь базилевса?

– От протянутой Византией длани помощи еще никто не отказывался, тем более империя ничего не требует взамен.

– Странно слышать мне речи твои, монах. Византийская империя неоднократно использовала в своих целях кочевников, живущих в степях Причерноморья, соседствующих с Херсонесской фемой. Руководитель внешней разведки империи – ваш великий логофет – недаром ест свой хлеб. При его непосредственном участии чиновники министерства не раз толкали печенегов на войну с Русью, тем самым удерживая дружины князя от дальних походов.