Пламя Истрейдис

Отступив в сторону, данкерр равнодушно наблюдал за агонией твари. Перерубленное тело еще долго извивалось: две половины словно пытались сблизиться, соединиться, срастись. Но наконец чудовище издохло.

Очистив клинок от вязкой черной крови, Садорион бережно убрал его в ножны.

– Что ж, эти земли оказывают достойный прием путешественникам, имевшим неосторожность ступить на них, – мрачно усмехнулся данкерр. – Остается решить, стоит ли идти дальше. Без помощи истрей цели мне не достичь, но так я и не за этим сюда пришел, а пока просто разведать, посмотреть, какие опасности подстерегают в этих гиблых местах…

Тряхнув головой, он решительно двинулся дальше.

Едва данкерр ушел с поляны, как свет снова померк. Дальше все пространство между деревьями занимал сплошной ковер из низкорослых колючих зарослей. Ругаясь, Садорион с трудом прорывался через заросли.

– Да в бездну! – прорычал он наконец.

Мощный огненный вихрь промчался между деревьями, начисто сжигая колючее препятствие и освобождая ему путь.

Отлично! Не хотел он так щедро расходовать магическую силу: даже у него она не безгранична. Но и о времени приходилось думать, а его продвижение через терновник было слишком медленным. Да и раздражающим, чего уж скрывать!

Не забывая о магическом щите – железные «листья» с деревьев продолжали сыпаться – Садорион быстро и уже без помех пошел дальше. Наконец лес поредел, исполинские каменные деревья расступились и данкерр вышел на опушку.

Перед ним до самого горизонта раскинулась степь.

Присев на обломок черного дерева и обводя внимательным взглядом окрестности, Садорион быстро перекусил и с наслаждением выпил воды из дорожной фляжки. Фляга эта была зачарована: вода в ней никогда не заканчивалась, не портилась и была прохладна и свежа.

Легко поднявшись, данкерр потянулся и встряхнул белой гривой волос. Льдисто-серые глаза его задорно блеснули.

– Ну что ж, посмотрим, что будет дальше.

Степь, освещенная лучами заходящего солнца, заросшая колышущимся на ветру ковылем, походила на безбрежное море и была прекрасна.

Шагнув в это море, Садорион сделал шаг, другой и остановился. Ковыль, такой мягкий и нежный, крепко держал его в своих объятиях. Его тонкие стебли, покрытые мягким пухом, оплели данкерра до пояса и не давали сделать ни шагу.

Как ни дергался он, как ни вырывался, освободиться не получалось. Тогда, выхватив меч, он попытался разрубить тянущиеся к нему нити.