Сорняк в цветочной лавке

А вот я была только рада, что наша встреча с мисс Элинор откладывается – очень уж устала с дороги, да и столкнуться мне предстояло не с какой-то простудой, а с повреждением рассудка. Мистер Фитсден в пути подробно описал мне течение и симптомы ее заболевания и случай этот был непростой.

Ужин подошел к концу, как и наш разговор. Мистер Фитсден, на правах жениха, попросил у миссис Ривс позволения увидеться с мисс Элинор сегодня, и она согласилась проводить его к ней через полчаса, а пока же вызвалась отвести меня в отведенные мне комнаты.

Я и без нее прекрасно запомнила дорогу, но решила не препятствовать ее намерению – уж слишком настойчиво она это предлагала, неспроста это. И верно. Стоило нам отойти от мистера Фитсдена на порядочное расстояние, как миссис Ривс проговорила извиняющим тоном:

– Вы меня простите, мисс Редшиль, что поначалу плохо отнеслась к вам. Я-то грешным делом подумала, что вы и мистер Фредерик… Глупость, конечно, подумала! Мистер Фитсден – превосходнейший человек, не отказался от мисс Элинор, когда с ней случилось такое несчастье, с ног сбился, разыскивая лекарей, которые могли бы ей помочь.

Вас вот нашел. Спасибо, что не отказали, согласились приехать, несмотря на отношение мистера Виндмора к таким, как вы.

Я улыбнулась.

– Все в порядке, миссис Ривс, я не в обиде. Вот только благодарить меня пока не за что – не знаю, смогу ли я помочь мисс Элинор, я с такими случаями дела не имела и знаю только в теории, да и то очень приблизительно, что нужно делать.

– И это не мало, мисс, – тяжело вздохнула экономка.

 – Тут уже за любую соломинку готовы ухватиться. Лекари хором утверждают, что помочь мисс Элинор ничем нельзя и предлагают поместить ее в лечебницу для душевнобольных. Мистер Виндмор, как впервые услыхал такое, сильно разгневался! Вытолкал того горе-лекаря взашей. Да вот только другие после него говорили то же самое.

– Я очень-очень постараюсь помочь мисс Элинор! – от души воскликнула я, невольно проникнувшись жалостью к ужасному положению несчастной девушки.

– Дай-то Бог, чтобы у вас получилось, – вздохнула экономка.

Глава 4

Я шла за миссис Ривс по длинному, плохо освещенному коридору третьего этажа особняка, где-то впереди тоненько подвывала собака и столько безнадежности и тоски было в этом вое, что мороз шел по коже. Меня передернуло.

По одну сторону коридора располагались запертые двери, по другую – занавешенные темными плотными шторами окна, под ногами поскрипывали половицы.