Операция бюрократия

Но выйти все-таки пришлось, звонок дежурного прервал интригующую партию, призвав соревнующихся вернуться к выполнению служебных обязанностей.

– Ну что, Зоя Константиновна, принесли? – удовлетворенный тем, что посетительница не заметила его выхода их соседнего кабинета.

– Да, конечно, все сделала, Егор Андреевич. Заждалась вас, сил уже нет!

– Что поделаешь, служба! Вы знаете…, мы ведь с вами знаете, про что забыли? Правильно, те самые квитанции, которые они вам выдавали. Это же самые настоящие вещественные доказательства.

Только сразу с ксерокопиями, хорошо? Ну, тогда до завтра?!

На следующий день, около десяти утра Зоя Константиновна, к своему удивлению, застала Хромова на рабочем месте. Он был весел, бодр и добродушно предложил выпить чая. Это было на него непохоже. Женщине показалось, что ее снова ожидает очередное глупое задание.

Она оказалась права. Приняв подготовленные документы, следователь предложил истице посетить участкового терапевта и психиатра.

– Ну они-то для чего? – возмутилась женщина.

– Вы понимаете, уважаемая Зоя Константиновна, только поймите меня правильно. Вот, все дело в том, что вы дама весьма преклонного возраста! Нет, я ничего личного не имею. Поверьте, я вам от всей души сочувствую, но это необходимость.

– Какая необходимость, поясните причем, здесь мой возраст? – с обидой проговорила посетительница.

– Ну, у нас тут случай был, с год назад. Дядя вашего поколения обвинял в мошенничестве собственного сына, представляете?

– Ну и что же сделал этот сын? И причем здесь я, простите?

– Сейчас я вам объясню, секундочку, мне нужно срочно выйти на минутку, вы подождите в коридоре, пожалуйста.

Его не было около получаса. За это время бездушный следователь успел два раза покурить, обсудить последние сплетни и рассказать пошлый анекдот в курилке отдела.

– Так вот, – продолжил он после возвращения, – он сам предложил переписать квартиру на сына, сам, представляете? Есть свидетели, есть нотариус, а он обвинил родного сына в мошенничестве.

Как такое может быть? Мы долго пытались решить семейный конфликт, а потом опросили соседей и направили старика на освидетельствование. В результате начальная стадия шизофрении и старческое слабоумие! Вот так.

– То есть вы, молодой человек, обвиняете меня в шизофрении и слабоумии?

– Боже упаси, дорогая моя, я просто выполняю свою работу.