Операция бюрократия

Она знала, что дальше будет страшно… Девушка уже видела картину после боя и представляла, как выглядят еще не успевшие застыть лица погибших товарищей, как трясутся в тишине руки солдата, пытающегося прикурить самокрутку. Она видела испуганных пленных и слышала возбужденные команды сержантов.

Зоя представляла глаза ротного, который настойчиво кричал в трубку – «Байкал, Байкал я – Сосна, ответьте Сосне», – и слышала приглушенные стоны раненого красноармейца. Девушка знала, что будет дальше…, но она не могла знать результаты боя.

И сейчас, глядя на эти родные солдатские лица, напряженные при рывках из безопасной траншеи, на их глаза…, на их спины, она могла мечтать только об одном, чтобы они все, все эти мужчины, отцы и сыновья ответили на перекличке после боя.

Ей очень хотелось, чтобы не было у нее сегодня работы, чтобы ни один из этих, дорогих ее сердцу знакомых и незнакомых людей не нуждался в ее помощи. Чтобы они все остались живы и подпевали веселым артиллеристам, и чтобы Ваня…, ее Ваня принес картошку в мундире.

Господи, только бы он принес ей эту картошку… после этого страшного, смертельного боя.

Рывок роты был потрясающим по военным меркам. Каждый солдат независимо от опыта, накопленного в боях или на учебных пунктах, знал, что эти первые после артподготовки секунды, пока еще не рассеялась мгла перепаханной снарядами земли, пока враг не пришел в себя и не открыл огонь, надо бежать, нужен бросок и напор. Рота, видимо, очень умело совершила свой марш, потому что, когда немцы открыли стрельбу, остановить красноармейцев было уже невозможно.

– Пора, – сказала сама себе девушка, когда стрельба началась в траншеях противника. Хрупкая фигурка взметнулась над окопами. Она пошла синхронно всем санинструкторам, вот справа – Лена Карпова, слева – Тамара Привалова.

– Молодец, Зоя, – похвалила она сама себя девушка, – значит, я вовремя.

На пути у нее попадались воронки, бугорки и другие складки местности, но она не замечала их. Она бежала от одного бугорка (в красноармейской гимнастерке) к другому.

Девушка бежала от солдата к солдату. Слезы текли по щекам, от обиды за то, что война отбирает у людей все, что у них есть, отбирает самое дорогое – жизнь. Вот Валера, вот Михалыч, вот новенький из пополнения, совсем молоденький солдатик в смешных очках, который сразу поразил всех великолепной игрой на губной гармошке.

Зоя останавливалась возле лежащих солдат, чтобы убедиться, что помощь им уже не нужна.