Прошлое смотрит на меня мёртвыми глазами

Но уже к концу полива я привыкла.

Когда я возвращалась, мама с тревожным взглядом встречала меня у подвала.

– Закрыла дверь? – это было первое, что она спросила. Я не знала, почему её так заботила дверь. «Не могут же цветы сбежать», – подумала я и кивнула ей. Она подождала, пока я поднимусь, и крепко меня обняла. – Ты как?

– Неплохо.

– Точно?

– Точно. Они так смотрели на меня. Сначала мне было жутко, но потом я привыкла.

– Хорошо, – она перешла на шепот. Как всегда начала гладить меня по голове. – Хорошо, малыш.

Ты всегда была смелой девочкой. Всё будет хорошо. Только закрывай дверь, это важно.

Мне было совершенно неясно, почему она так переживает. Потом она еще неделю напоминала мне закрывать дверь и встречала меня после подвала. Мне нужно было ходить туда через день, и с каждым разом, выходя оттуда, я становилась всё ярче и ярче.

– Малыш, да ты сияешь! – она заметила это сразу, но не решалась затрагивать эту тему. – Что произошло?

Это было как раз перед моим очередным походом к цветам.

– У меня просто появились новые друзья! – улыбнулась я и исчезла в дверном проеме. Я увидела, как в этот момент побледнела мама, но была слишком весела, чтобы задуматься, почему.

Так пролетали дни и декабрь близился к концу. За окном вывалил снег, улица перестала быть мне доступной. Я с тоской подумала о том, что еще долго не смогу навещать могилу Плюшки. Теперь я окончательно приняла факт смерти своей кошки и больше не грустила. Конечно, я очень скучала по ней и иногда вспоминала пустоту в груди, что оставила мне её смерть.

Но теперь в этой пустоте росли цветы из странного подвала. Мама тоже стала немного счастливее – её не могло не радовать, что я поправилась, но всё же её напрягала моя дружба с ними. А потому мы не разговаривали об этом.

ГЛАВА 3

Корешки шершавые и немножко пыльные, я иду вдоль полок, едва касаясь книг кончиками пальцев. В библиотеке светло, за окном неспешно оседает белый пушистый снег. Я чувствую радость от грядущих праздников и удерживаю себя, чтобы не подпрыгивать от рвущихся наружу всплесков настроения.

Я отвлечена мыслями, все думаю, что подарить маме на Рождество, и, несмотря на серьёзное намерение найти новую книгу, моё внимание скользит мимо авторов и названий.

Но отчего-то палец останавливается книге с золотистым цветком на корешке. Цветок мне знаком – в своей жизни я знала не так много пионов с глазами. Меня озаряет мысль: эту книгу писал мой дедушка! И, не думая более, я вытаскиваю её.