Возвращение троянцев

Египтяне и Гектор старались лучше разглядеть лица пришельцев, однако этому мешали надвинутые до переносиц шлемы и края кожаных шапок-подшлемников. Было видно только, что бороды у лестригонов довольно странные: чисто выбритый подбородок, но густая щетина на висках и вокруг лица (Гектору сразу вспомнились огромные обезьяны с собачьими мордами, у которых бороды выглядели примерно так же. Эти обезьяны доставили путешественникам немало неприятностей во время перехода через Черную землю).

– Привет царю Нила от царя великих, непобедимых лестригонов!

Голос Антифота оказался неожиданно глубоким и звучным: сочный, низкий, он был так выразителен, что в первый миг казалось, будто за спиною огромного и тяжелого чудища говорит кто-то другой.

Он говорил по-финикийски, сносно владея этим языком, лишь иногда путая окончания слов.

– Здравствуй, хвастун и царь хвастунов! – ответил Рамзес Третий, перебросившись с Гектором быстрым взглядом. – Моя страна называется не так, как ты ее назвал, и если я, в свою очередь, ошибся с названием твоего народа, прошу на меня не обижаться.

Я получил твое послание, знаю, для чего ты здесь, и не спрашиваю, чего ты хочешь – мне это известно. Хочу лишь уточнить место, время и прочие мелочи. Слушаю тебя.

Антифот улыбнулся довольно странной улыбкой – его губы не изогнулись углами вверх, а как бы растянулись вширь, и верхняя губа приподнялась, открывая крепкие передние зубы, крупные и желтые.

– Я пришел, чтобы взять твою страну, царь, – сказал он спокойно.

 – Я знаю, что она большая, и моим воинам трудно пройти ее всю. Мы пройдем, сколько сможем. Ты выставишь послезавтра, на рассвете, своего воина против моего. С нашей стороны будет сын моей сестры, Каррик. Если твой воин убьет его, я уведу отсюда мои корабли и всех моих людей и никогда, покуда жив я, и покуда будет жить тот, кто меня сменит, лестригоны не подойдут даже близко к вашим берегам. Я клянусь в том именем и властью нашего бога и покровителя – всесильного Фсатана!

С этими словами царь лестригонов прикоснулся ладонью к изображению зубастого козло-сатира на своем нагруднике.

– В-вот, он какой! – на своем языке прошептал Гектор. – Да и каким же еще ему быть?

– Если же Каррик убьет твоего воина, – продолжал говорить Антифот, – а так оно и будет, потому что иначе не может быть, тогда, царь Нила, решай сам – или сразу отвести свою армию и попробовать скрыться в глубине твоей страны, куда мы, быть может, не дойдем, или принять бой здесь.