Возвращение троянцев

Однако Каррик мечтал сейчас только об одном – сойтись с противником в последней битве, где главной будет сила, ибо ловкостью и быстротою движений они оказались равны.

И вот оба встали друг против друга нагие, как морские скалы. На Ахилле осталась лишь его кожаная набедренная повязка, на Каррике – пояс, сплетенный из змеиных шкур, с привешенными к нему амулетами.

«А вот теперь придется поспешить!» – подумал Ахилл.

Он видел, что его рана, пускай и неопасная, кровоточит сильнее, чем рана лестригона, значит, у него в запасе меньше сил, меньше времени.

– Великий единственный Бог, помоги мне! – чуть слышно прошептал троянец.

Все это время он слышал гул со стороны лестригонского стана – воины-завоеватели не могли уразуметь, как это чужой богатырь дерется так долго с их страшным бойцом. Египтяне хранили молчание, с той стороны не долетало ни звука. Но теперь умолкли и лестригоны. Молчание сделалось мертвым – все смотрели и ждали. Посреди равнины замерли два великана, оба грозные и страшные, оба готовые к последней битве.

Нагое тело Каррика выглядело еще тяжелее, еще мощнее, чем в доспехах, совершенное, как тело носорога, созданного сокрушать и уничтожать. Рядом с его полубесформенной исполинской громадой лепное, словно отлитое из светлого золота тело троянца было особенно прекрасно. Стало ясно видно, КОМУ служат тот и другой…

Снова прокатился над равниной вой Каррика. Он тараном кинулся вперед. Ахилл ушел от удара, успев отскочить в сторону. Несколько мгновений они прыгали один против другого, раскачиваясь, делая обманные движения, не спуская друг с друга глаз.

Каррик был на самом деле отличным кулачным бойцом, и длина рук все так же была на его стороне вместе со слоновьей силой.

Еще одно обманное движение, затем Ахилл сделал выпад, метнулся под правую руку противника, целя ему в бок, но тот обрушил на него резкий удар слева. Троянец успел уйти от прямого попадания в голову – кулак лестригона лишь скользнул по его правому плечу, но сила удара была ужасна. Герой услышал, как хрустнула ключица, ощутил боль, пронизавшую всю правую сторону тела до самой пятки.

Что-то горячо и мучительно обожгло виски, глаза налились темнотой.

«Нет, это не конец! – подумал он. – Нет, только не поверить, что это конец!»

Он продолжал видеть, он видел, как тянутся к нему ручищи чудовища, чтобы сжать и раздавить, сокрушив кости, переломав хребет. Видел оскал волчьих зубов, радостное сверкание близко сидящих желтых глаз. Да, они были желтые, а не зеленые.