Царство небесное

– Мне говорили, что в последнее время здесь очень спокойно. Хотя вы, конечно, правы, – тут в ее голосе вновь послышалась досада, – я веду себя непростительно. Но так редко удается побыть одной, со своими мыслями и... Ой, а куда делся Саладин?

– Кто-о-о?!

Имя египетского султана, врага всего христианского мира, во имя битвы с которым и собирался третий крестовый поход, прозвучало так неожиданно, что рука Луи невольно рванулась к седлу, на котором висел его арбалет, и сокол, хотя глаза его были закрыты колпачком, ощутив это резкое движение хозяина, захлопал крыльями, крепче вцепившись когтями в гриву абиссинца.

Но девушка вдруг расхохоталась:

– О, простите! Я же и забыла, что вы крестоносец, и это имя для вас не просто одно из сарацинских имен... Саладином мой дядя прозвал кота, которого мне подарил, потому что это очень наглый кот, от которого иногда просто нет спасу! Но я все равно его люблю. Где он, в самом деле? Саладо, Саладо, кис, кис, кис! Где ты?!

– Вон он! – И Луи указал на щербатую стену мельницы, по которой в это время пронеслась серая лохматая тень.

 – Хотите, поймаю?

– Он вас к себе не подпустит. Пойдемте вместе! – ямочки на щеках девушки просили вместе с ней, и отказать было невозможно. – Право, идем. Не то мне говорили, что на этой мельнице иногда видят привидений...

Глава седьмая

Призраки старой мельницы

Мельница, в которой решил искать убежища серый разбойник, была сооружена старательно: ее стены состояли из массивных, неплохо обтесанных камней, соединенных песочным раствором.

Впрочем, швы между плитами, как и сами плиты, давно поросли бархатным темным мхом. Травяная крыша массивного сооружения, само собою, уже истлела и развалилась, однако ее основу составляли не тонкие жерди, а достаточно широкие и прочные доски, которые, хотя и подгнили и частью поломались, но еще укрывали развалины, и в них от этого царил полусумрак и прохлада.

Пол мельницы сгнил и развалился. Из четырех массивных жерновов два, свалившись с опоры, разломались пополам, два продолжали торчать на ржавой оси, перекосившейся и вставшей почти вертикально.

Боковая дверь, за которой была еще одна часть строения, просторная прямоугольная комната, жилище мельника и его семьи, заросла нарядными кустами жимолости, а так как в ней никогда и не было деревянного пола, то сейчас там пышно цвел шиповник и гудели осы, слепившие под верхними балками свои круглые гнезда.