Проклятый оборотень. История одной потерянной души

– Откуда ты, мальчик? Как тебя зовут? – она взяла ухват и потянула на себя казан, у?шло прихватив его руками, одетыми в коряво сшитые варежки, вытянула на подставку около печи. Взяла поварешку и помешала варево. Бросила туда что-то, похожее на специи, опустила голову над супом, закрыла глаза и принюхалась.

– Ммм, вкуснятина, скоро будет готово. Так как звать тебя, малец?

– Я, мнг, кх… Леандр, сын… – я замялся и опустил глаза, задумавшись на мгновение, стоит ли рассказывать незнакомой женщине, чей я сын, не вернет ли она меня обратно к отцу-деспоту? Да какая ей разница, кто я? Пригрела, сейчас приду в себя и вернусь домой.

Я же не буду ночевать в этом сарае.

– Знаю я, чей ты сын, сразу поняла, как увидела. Сходи-ка в лес, принеси воды, там, где ты вышел из портала, есть ручей, ведра в сенях, за дверью тулуп, тебе впору будет, ступай. Да внучку мою позови, пусть есть идет.

– Я? За водой? Да я… принц! Я не пойду никуда. – Я скрестил руки на груди и надменно на нее уставился.

– Не пойдешь, значит? – она обернулась, прищурилась, и по спине прошел холод.

– Не-а. – Настырно, раздувая ноздри, я выпятил челюсть.

– А если я превращу тебя прямо сейчас с жабу и суп из тебя сварю? – она свела брови и сделала резкий выпад в мою сторону, указав на меня деревянной длинной ложкой, которой помешивала варево. – Все равно никуда не пойдешь? – она сверкнула старческими глазами и облизнула губы.

Я подхватился и рванул к двери.

– А вас как зовут, бабушка? – я вдруг опомнился, что не пристало сыну короля вести себя как парню некультурному.

– А я бабка Марфа, так и зови. Или просто бабушка, мне будет мило. – Ведьма улыбнулась и вернулась к своему занятию, напевая себе под нос.

– Хорошо, бабушка так бабушка.

Выйдя из дома и схватив стянутые жгутом деревянные ведра, побрел обратно к порталу. Ничего со мной не случится, если я разок принесу воды да проветрюсь немного.

Я вышел на поляну, кажется, заблудился.

Понял, что наворачиваю круги. Был тут не раз, видел уже и это корявое дерево с размашистой кроной, и саму поляну, а вот к ручью так и не пришел, что-то будто водило, не пускало выйти из круга. Я выдохнул и повернулся к дереву.

На самой опушке лежала девчонка лет пятнадцати, закинув ноги к небу, оголив их. Хорошо лежала ко мне головой. На ней было цветастое простое платье с длинными рукавами. Руки раскинуты в стороны ладонями вверх. Я смутился.