Последняя

Встав, я тихонько пошла к торговой площади, держась возле забора. В тишине прошла таверну, место нашей ночлежки и, дойдя до колодца, остановилась. Руки не слушались, поэтому я довольно не скоро достала ведро и вылила холодную воду себе на голову. Стало легче. По крайней мере, прошла дрожь.

Нормальный слух стал возвращаться, но вокруг было все так же тихо. Я обернулась: сзади меня, где располагалась стоянка, почти никого не было. Костер давно потух, вещи разбросаны, видимо, все вставали впопыхах. Побрела к своей телеге, но, так до нее и не дойдя, уселась на бревно около еле дымящихся углей.

Еще нескоро стали возвращаться мужчины. Они громко переговаривались, но, завидев меня, умолкали. Двое охранников подошли с хворостом и снова разожгли огонь, стало теплее. Потом начали подходить деревенские и спрашивать, что случилось, недобро косясь на меня. Я же грела руки и пыталась высушить сарафан и волосы, простыть с таким ветром – очень легко.

Кто-то, подойдя, всунул мне в руку кружку. Кажется, это был Мересий:

– На, выпей, – я покорно взяла и сделала большой глоток.

Сивуха. Горло обожгло, и я закашлялась. Постепенно в теле появилась алкогольная легкость, и захотелось спать.

Долго еще шумели голоса, и шла вереница деревенских на расспросы. Слова я не разбирала, но то тут, то там мелькало “зверь”. Где он, кстати? Неужели еще не освежевали и не вынесли на главную площадь?

Я не заметила, как это случилось, но все голоса стихли одновременно. Наступила звенящая тишина, меня это испугало.

Было тихо, как недавно в лесу, на поляне. Резко подняв голову, я замерла. Из леса выходили оборотни. Их были больше десятка. Они были уже в человеческом обличье, но сзади них скользило несколько теней, волков. Все замерли. Наверно, не каждый день купцы видят таких гостей.

Они шли спокойно и гордо, будто не направлены на них все взгляды, будто они не самое интересное на этой поляне. Каждый высок, крепок, не чета нашим обрюзгшим мужикам. В каждом была неведомая сила, скрытая угроза.

Все они были чем-то похожи. Одеты одинаково: штаны и перекинутые через плечо шкуры зверей. У кого белая, у кого черная, была даже рыжая, лисья. Наверно, это их обычное облачение, и голый торс их явно не смущал. Обуви тоже не было, зато на поясе у каждого висел большущий кинжал или нож.

Последний выходящий из леса тащил за собой тушу черного волка. Кровавый след прочертил площадь. Вот где туша. Прав был Ярема, нечисть это, оборотень, а не зверь.