Одинокая звезда

Колю отчислили из института за академическую неуспеваемость, а осенью забрали в армию. Ему повезло: он попал служить в Чехословакию. Какое-то время оттуда приходили редкие письма. Потом наступило долгое молчание. Наконец пришло последнее письмо, в котором Коля писал, что встретил девушку своей мечты, что Свету никогда не любил, и просил у нее развод.

Так они расстались. Света тяжело переживала одиночество. Ее однокурсницы еще только бегали на первые свидания, а она уже побывала замужем и к третьему курсу осталась без мужа и с ребенком на руках.

Кому она была теперь нужна?

На студенческих вечеринках, куда Света изредка вырывалась под возмущенные мамины протесты, ей никто больше не оказывал знаков внимания, не приглашал танцевать и не набивался в провожатые. И она перестала туда ходить.

А вскоре тяжело заболела мама. Ее положили в больницу и сделали сложную операцию на желудке. – Наверно, мы досмотрим ее здесь, – говорили врачи, с сомнением глядя на истаявшую маму, – уж больно она слаба. Вряд ли выкарабкается.

Но мама выкарабкалась. Правда, работу ей пришлось бросить. Маме оформили инвалидность.

Пенсии за инвалидность, Светиной стипендии и тех копеек, что иногда приходили от Коли, на жизнь не хватало. Света устроилась уборщицей в соседнем доме. Надо было вставать очень рано, подметать и мыть подъезд, потом бежать в институт. Учиться становилось все труднее и труднее. Света разрывалась между учебой, работой и домом. У нее стала часто болеть и кружиться голова.

Однажды по дороге в институт Света обнаружила себя лежащей на тротуаре.

Над ней склонились испуганные прохожие. Оказалось, что девушка внезапно потеряла сознание – хорошо, хоть не на проезжей части улицы. Врачи признали у нее спазм сосудов головного мозга и прописали дорогие лекарства, отдых и хорошее питание.

С институтом пришлось расстаться.

Света долго искала работу, где прилично платили бы и не было тяжелого физического труда. Но такая работа все не находилась. Тогда она снова стала убирать подъезд, а позже удалось устроиться нянечкой в ясли-садик.

Туда же она пристроила и сына.

Жить стало полегче, но душа ее продолжала томиться. Ей так хотелось найти себе мужа! Такого, чтобы любил ее, заботился, дарил подарки, встречал с работы. Чтоб они вместе ходили на базар и по магазинам. И были бы у них жаркие ночи – ночи любви. И чтоб к сыночку ее относился, как к своему: водил в зоопарк, играл и учил разным мужским делам.

Но время шло, а такой все не находился.