Одинокая звезда

Их дом находился в самом центре города, недалеко от института, где она теперь преподавала. До работы можно было добраться пешком за пять минут.

В три месяца Леночка научилась сама переворачиваться со спинки на животик, в четыре села. В семь стала пытаться вставать в кроватке, цепляясь крошечными пальчиками за перекладину. В десять пошла.

Бабушка и Фаина Степановна в ней души не чаяли. Такого количества игрушек, наверно, больше не было ни у кого. Одних кукол имелось полтора десятка. Оля постоянно раздаривала их знакомым, но они все прибавлялись и прибавлялись.

Глава 16. Грузинские гости

Однажды хмурым ноябрьским вечером в ее квартиру позвонили. Она открыла. На пороге стояли три женские фигуры в черном. Оля сразу догадалась, кто они ? это были мать и сестры Серго. От Отара она знала, что отец Серго умер от горя, не пережив гибели единственного сына.

Молча прошли они в комнату, подошли к кроватке и долго глядели на малышку. Широко раскрыв синие глазенки, Леночка без страха смотрела на незнакомых теть.

– Это он, – наконец глухо сказала мать ? и упала перед Олей на колени. – Прости нас, дочка!

– Прости нас! – эхом повторили его сестры, опускаясь на колени рядом с матерью.

– Ну что вы, встаньте, не надо! – Оля бросилась к ним, пытаясь поднять. Но они только качали головами.

– Скажи, что прощаешь. Иначе не встанем.

– Прощаю, прощаю, конечно, прощаю! – торопливо заговорила Оля, – Встаньте, пожалуйста! Вы с дороги, раздевайтесь. Я сейчас ужин разогрею – покушаете.

Во все глаза глядела она на его мать и сестер, пытаясь найти в них черты Серго ? но ничего общего не находила. Все трое были настоящие грузинки: носатые и черные, как галки.

– Послушай, дочка, что скажу. – Мать неотрывно глядела на портрет сына. – Мы теперь твоя семья. У него в комнате висит точно такой же твой портрет, такого же размера. Как он любил тебя! ? сказать нельзя. Все твердил: почему его предку можно было взять русскую невесту, а ему нет. Я волосы на себе рвать готова. Согласись мы тогда, может, живой бы остался.

А родителям того малыша стали бы присылать его пальчики, подумала Оля. Нет, не мог Серго остаться в живых. Слишком сильно он любил людей, слишком был хорош для этого жестокого мира. Такие долго не живут – они богу нужнее.

Ах, если бы она могла оказаться с ним рядом. В тот момент. Она бы оттолкнула его. Не дала бы убить. Собой бы закрыла, наконец. Отдала бы за него жизнь, не раздумывая.