Улица Лунных кошек

Она могла разговаривать из любого места квартиры, как сейчас из спальни, – Дим, представляешь, мне предложили место старшего редактора. Даже не верится.

– Поздравляю, пупсик. А мне сейчас нужно рекламу дать. С сегодняшнего дня начинаю выполнять план по продажам, – папа обошел Дашу, как препятствие на дороге и направился в ванную мыть руки.

Дашин вопрос остался висеть в воздухе подтверждением ее невидимости.

На кухне засвистел чайник, оповещая, что пора бы его снять.

– Пап, куда коробки убрать? В кладовке места уже нет.

– Дашка, а ты что там спрашивала у меня? – вода перестала журчать, и папа вышел из ванной, вытирая руки о пушистое синее полотенце.

– Да, так. Ничего, – Даша смотрела в глаза папе и не двигалась с места.

– Тогда положи их на журнальный столик, я потом уберу.

Даша направилась в большую комнату. Чайник, тем временем, озверело свистел.

Вот почему так? Когда приходили гости, кот видел, что родители как будто гордились Дашей. Они крепко обнимали дочку, нахваливали, демонстрировали любовь.

Когда гости уходили, любовь и гордость забрасывались в самый темный угол. О ней даже не вспоминали.

– Дашуль, чай налей. Мне как всегда две ложки сахара, – откуда-то из коридора донесся мамин голос.

– Хорошо, мам, – Даша взялась за дужку чайника и отдернула руку, – Ой, горячущий-то какой, – она обмотала руку полотенцем и сняла чайник с плиты. Из носика чайника вылетали клубочки пара, обжигая веселым приветствием. Даша разлила чай по кружкам, в кухню вошли родители.

– Так, – потирал руки папа, – что там у нас с пряниками к чаю?

Кот запрыгнул на широкий подоконник. В прозрачных кружках дружно застучали чайные ложечки. Родители разошлись по комнатам с чаем и пряниками.

Фима перебрался на колени к Даше. Она вдруг стала похожа на столетнюю бабку с пустым взглядом и телом одиннадцатилетней девчушки. Ни дать, ни взять – колдунья. И он такой черный.

– Мне кажется, они меня не любят. Заняты, чем угодно.

Видел, папа даже не услышал мой вопрос? – Слезы прозрачными, бесшумными паровозиками побежали по щекам и капали на шерсть животного.

Вот бы отвезти тебя к Гударе на радугу с печеньем. Черный кот не мигая смотрел умными глазами на девочку. Даша прижала кота к груди, и он почти почувствовал, что она идет к себе в комнату на ватных ногах.

Свет из маленькой черной лампы пролился на стол со стулом, часть ковра и спинку кровати, брызнул на стены, замер.