Инна. Повесть о любви

Форточка на веранде была открыта, и я, хоть и не подслушивал, но слышал все слова, которые они сказали друг другу.

– Его обязательно нужно было звать сегодня? Небось, надеялась, что я не приду?

– В последнее время мне уже трудно предугадать твой приход.

– Ты очень изменилась. Ведёшь себя дерзко.

– Но что плохого я сделала? Почему ты злишься? Посидим, поедим торт, поболтаем.

– Тебе бы только болтать. Так, выбирай – ты его выпроваживаешь, и мы идём к реке, или я ухожу.

– Но он ведь гость.

Мой друг.

– Я всё понял.

Разговор прекратился, послышался звук удаляющихся шагов и стук железных ворот. Открылась дверь, и вошла Инна, очень расстроенная.

– Он обиделся? – тихо спросил я.

– Да. Но на что здесь обижаться? В последнее время, что ни сделаю, всё не так.

– Странно.

– Да, странно.

Инна подавлена, даже не пробует свой торт.

Сидела молча. Я не могу её такой видеть.

– У тебя есть карандаш и чистый лист бумаги? – вдруг спрашиваю я.

Инна на меня удивлённо смотрит. Мне показалось, что она даже немного заинтригована.

– Карандаш есть, а вот с бумагой негусто.

– Ты можешь меня подождать, всего одну минутку? Я мигом!

Очень быстро я бегу домой, беру большой чистый лист бумаги, несколько простых карандашей и возвращаюсь к Инне на веранду. Она сидит за столом, опустив голову на руки.

Глаза у неё невероятно печальные, но такие прекрасные. Мне кажется, в них слёзы. Этого я не вынесу.

– Инночка, вот сиди так, не шевелись. Здорово. Я нарисую твой портрет.

– Портрет?

– Да. Я хорошо рисую. Я учился в художественной школе и даже хотел поступать в художественное училище, но потом передумал. Всегда мечтал нарисовать твой портрет.

– Это интересно. Ещё никто до тебя этого не делал.

Я вижу, что настроение у неё улучшилось, и приступаю к работе. Удивительное у неё лицо. Нельзя сказать, что все его черты идеально правильны, но все вместе они рождают гармонию.

Её красота не сразу бросается в глаза, но чем больше смотришь на эту девушку, тем красивее и прекраснее становится она. Я рисую и наслаждаюсь. Мы молчим, и нам хорошо. Штрих за штрихом, и портрет почти готов. Немного страшно показать ей своё творение.

– Замечательно, – улыбается она, – Но ты приукрасил действительность.

– Что ты, я не передал и десятой доли твоей красоты.

– Такие слова меня смущают.

– Извини.