В погоне за тенью

– И как он на это отреагировал?

– Посмеялся и похвалил меня. Сказал, что правильно, что с детства приучаюсь сам за себя платить. Я ему на это ответил, что хоть и детдомовский, но подачки мне не нужны!

– Так и сказал?

– Ага. Он ещё Артуру тогда сразу сказал, что далеко пойду с такими взглядами.

Романов был абсолютно прав. Саня действительно был самым необычным парнем из тех, кого я знал.

– Ещё мы с ним физику обсуждали. Знаешь, какие в музее прикольные экспонаты! Я бы хотел с тобой там ещё раз побывать, чтобы ты тоже увидел.

Я разочарованно вздохнул. Конечно, жаль, что меня там с ними не было. И сам вдруг загорелся идеей туда сходить, но только чтобы мы были там вдвоём, без старшего и младшего Романовых.

– А ещё мы там ракеты купили, их запускать можно. Мы с Артуром на заднем дворе уже несколько штук запустили. Они очень классно взлетали, хоть и замерзли из-за мороза. Кстати, я несколько ракет для тебя оставил.

– Специально для меня? – переспросил я.

– А для кого же ещё! Знаешь, я так жалел, что тебя рядом не было! Даже Артуру сказал, что ты должен обязательно увидеть полёт этих ракет.

Мне было приятно это слышать. Я слушал болтовню Сани и радовался, что у меня такой классный лучший друг. Я никогда не испытывал таких эмоций, и мне казалось, что до этого будто совсем и не жил. Теперь же каждый миг, проведенный вместе, маленькой крупинкой оставался в сердце и памяти, согревая изнутри. Перед глазами проносилась унылая череда дней зимних каникул, наполненная одиночеством, и я был очень рад, что каникулы наконец-то закончились.

– А вообще, я так по тебе скучал, Дима! – восторженно заявил Саня и полез ко мне обниматься. Я совершенно уже не смущался его действий и тоже крепко прижал его к себе.

Глава 17

Ближе к вечеру в школу приехал Антон. Его я тоже был очень рад видеть. За последние полгода мы с ним смогли сдружиться. Он, как и Саша, опекал меня, разъяснял нам все мальчишеские приколы, а ещё подружил со старшеклассниками.

Казалось, Антон был намного старше нас: как внешне, так и внутренне. Он часто мог помочь нам мудрым советом, и мы прислушивались к тому, что он говорил. На его фоне я казался самому себе зелёным салагой, но Антон никогда не зазнавался.

О своей жизни Антон мало что рассказывал, но кое-что я всё-таки знал. У него осталась одна мать: отец был полицейский, но погиб при исполнении служебных обязанностей. Антон очень его любил и долго не мог смириться с его смертью.