Самозванка

Всю дорогу она молчала, о чём-то озабоченно раздумывая. Подавленная тревогой старшей подруги, я не приставала к ней со своими вопросами как обычно. Во флигеле Ришша выдала мне одну из сухих сорочек, в которые обычно одевали больных.

Я в недоумении приняла одежду, а сама всё озиралась по сторонам, ожидая, что в любой момент появится господин Крытис и разъяснит, зачем я тут. Ведь в последние дни, благодаря его уплотнённой магии, я чувствовала себя необыкновенно хорошо, и по здравому размышлению нечего мне было делать в ле?карской.

Я уже переоделась в сухое, лекарь же так и не объявился, а из комнаты для больных донеслись чьи-то стоны и тихий голос Аришши. Закончив переодевание, я поспешила на шум и не сразу узнала того, кто лежит на кровати, возле которой суетилась девушка.

– Сола, побудь, пожалуйста, с Ишассой. Она… с ней… плохо. Ей нужно менять компрессы и губы смазывать мокрой губкой. Ты же помнишь… тебе тоже так делали, когда ты болела.

– А господин Крытис где?

– Лекаря нет, его вызвали по поводу кристалла, – плечи девушки печально поникли.

 – Я бы сама с ней побыла, но сейчас я – самая старшая в приюте. Господин Флос уехал. Потому и не могу посидеть с Шассой. Да ничего и не сделаешь без лекаря. Она в беспамятстве, вся горит. Девочке нужно только продержаться до прихода господина Крытиса. Побудешь с ней?

Я нерешительно кивнула головой. Побуду, коли нужно. Только… Опасливо покосилась на больную.

– Ты, главное, просто побудь с ней. А если Сияющие… то… – Аришша всхлипнула, прикрыв ладонью глаза.

– Ришша, я побуду с Шаской. Не плачь.

Девушка ласково погладила меня по отросшим волосам:

– Как ты меня назвала? Ришша? Меня так когда-то мой… друг называл.

– А кто твой друг? И где он?

– Он… неважно. Он уже не друг.

– Мальчишка? Ну да, они такие. Сегодня играют, когда им разбойников не хватает, а как заболеешь – чего с тобой дружить, слабачка!

Ну, вот! Наконец-то Аришшия чуть улыбнулась и на мгновение прижала меня к себе:

– О, да! Мальчишки очень коварные и слабачек действительно не любят!

Аришша ушла, а я осталась наедине с больной.

Вот те раз! Шаску-то, оказывается, Ишассой зовут. Впрочем, и меня Аришша иногда величает Сольеной.

Я поменяла компресс на Шаскином лбу, дивясь, как быстро высохла тряпка. А заодно разглядывала свою обидчицу, гадая о причинах столь тяжёлой и внезапной её болезни. Неужто, и вправду от меня заразилась?

На первый взгляд всё у Шаски было нормально.