Реквием по соседу

Желание развлекаться сразу пропало, и, вместо того чтобы подробно рассказать, как я, двигаясь к лестнице, переставляла ноги – сначала правую, потом левую, я перешла к делу:

– Я уже собиралась спуститься по лестнице, когда краем глаза увидела, что дверь в соседнюю квартиру открыта…

– Как именно открыта? Слегка или распахнута?

На листке снова начали появляться значки. Хороший человек Владимир Андреевич, незлопамятный.

– Нет, не распахнута. Слегка приоткрыта, но заметно. По крайней мере, я сразу обратила внимание, как только повернулась.

Ну, я потопталась немного, потом решила заглянуть. Непорядок же, когда дверь открыта.

– А вы ко всем соседям в открытые двери заглядываете? – с легким ехидством уточнил Ярцев. Не такой уж и славный он, оказывается, человек.

– Поверите ли, сколько лет здесь живу, ни разу открытой двери не видела. А вы что, хотите сказать, что в таком случае мимо прошли бы?

Он не ответил, только головой покачал. И спросил:

– В каких отношениях вы находились с покойным Селезневым?

– Да ни в каких особенно.

Соседи. Он всего месяца три назад эту квартиру снял. В подъезде встречались – здоровались. Вчера он в первый раз ко мне зашел.

– Зачем зашел?

– Пообщаться. У него было хорошее настроение, как я поняла, с работой что-то устроилось… он довольно невнятно об этом говорил, но был очень доволен.

– А потом?

– Что потом? Я его выслушала, мы выпили по чашке чая, и Андрей ушел домой. Что еще могло быть «потом»? Мы были едва знакомы.

– И вы только потому, что дверь была открыта, решили зайти в квартиру к едва знакомому человеку?

– Но ведь к знакомому же! Подумала, вдруг у него что случилось, помощь нужна…

Не знаю. С моей точки зрения, то, что я заглянула в квартиру Андрея, поступок совершенно естественный. Этот же странный полицейский воспринял все совершенно неадекватно. Он долго, в разных вариациях, задавал мне одни и те же вопросы: насколько близкие отношения связывали меня с Андреем? Что он мне рассказывал о себе? О своей работе? Где мы бывали вместе? О чем разговаривали? И снова и снова возвращался к вчерашнему чаепитию, заставляя вспомнить самые мельчайшие подробности нашего разговора…

Когда я в десятый или в двадцатый раз объясняла, что ничего конкретного о себе Андрей мне вчера не рассказал, зазвонил мой телефон.

Я взглянула на экран и ахнула:

– Леська!

Торопливо вскочила, виновато улыбнулась Ярцеву, вышла в коридор и только там ответила на вызов.