Умереть на сцене

– Уважаемое издание. Я, как вы уже слышали, Феликс Семенович, директор театра.

– Очень приятно. Рита Рощина.

– И что же вы собираетесь писать, Рита Рощина? Короткую заметочку информационную или большую статью? А может, раз уж до нас добрались, целую серию статей? История, современность, лучшие спектакли прошлых лет, премьеры, интервью с ведущими артистами? У нас в театре много интересного.

Феликс Семенович говорил с завидным энтузиазмом, а я больше помалкивала, отделываясь невнятными поощрительными звуками.

Идея мне в целом понравилась, сама бы с удовольствием о нашем театре почитала, но целый цикл статей… боюсь, это не ко мне. Директор же, по-видимому, посчитал молчание знаком согласия и уже приглашал меня, после беседы с Рестаевым, к себе в кабинет, обещая показать интереснейшие материалы по истории театра.

– Вы же понимаете, чтобы написать по-настоящему хорошую статью, мало только с Андреем Борисовичем поговорить! Надо походить по театру, познакомиться с людьми, у нас прекрасный коллектив – и в творческом плане, и вообще… – Он неопределенно покрутил рукой.

А вот это предложение вполне соответствовало моим задачам – шеф ведь прямо приказал потолкаться среди народа и присмотреться, кто чем дышит. Поэтому я улыбнулась и совершенно искренне поблагодарила:

– Спасибо большое! И за идею спасибо, и за приглашение. Обязательно к вам загляну.

Мы остановились, и Феликс Семенович указал на приоткрытую дверь с ручкой в форме львиной головы с кольцом в зубах:

– Вот мы и пришли. – Он коротко стукнул костяшками пальцев по косяку и завел меня в кабинет. – Андрей, посмотри, кого я тебе привел!

Рестаев, который стоял у окна и смотрел на улицу, быстро обернулся.

– Рита! Здравствуйте! – Он взглянул на часы и слегка улыбнулся. – Вы вовремя. Проходите, присаживайтесь.

– Ну, мавр сделал свое дело, мавр может уходить.

Андрей, у тебя ко мне вопросы есть?

– Ничего срочного. После репетиции поговорим.

Я вежливо поблагодарила директора за помощь, он заверил меня, что никакого труда ему это не составило, подмигнул мне и удалился.

– Ох, Рита, вы себе просто не представляете, насколько это все… гадко. – Рестаев прижал ладони к груди. – Я всю ночь заснуть не мог, перебирал, вспоминал каждого.