Между морем и ветром

Он уже почти провалился в сон, как услышал девичий смех.

«Так быстро?» – мелькнула мысль. Ярослав сел и прислушался. Разговаривали, судя по всему, его новые соседки, притом где–то совсем рядом, вероятно вышли на балкон или открыли окно.

– Бросай ты уже эту дрянь, Юльчик! Ну сколько можно? Это вредно и для кожи, и для… – выговаривал приятный женский голос.

– Да я только когда выпью иногда, ну совсем чуть–чуть, не ругайся, – просительно и капельку капризно вещал второй, не менее приятный, голосок.

 – Так–то я уже всё, не курю.

– Ладно, – не стала спорить первая соседка. – Давай лучше посоветуй, что делать с финдиром. Печь ему торт или как–то отмазаться?

– Нетушки! Торты ты печёшь только мне! – голос второй соседки звучал столь ревниво, что Ярослав даже успел предположить, что живёт рядом с девицами нетрадиционной сексуальной ориентации. – Выйдешь замуж – тогда и мужу будешь печь. А пока у тебя я главный дегустатор и заказчик.

Яр даже губу прикусил, чтобы не засмеяться.

Образ второй соседки вырисовался мгновенно: пухленькая, улыбчивая, миловидная блондинка–сладкоежка. Курящих девушек он не выносил, но эта почему–то вызывала лишь приятные эмоции. По крайней мере пока.

– … не любит торты, так что не боись, конкуренции не составит, – донеслось значительно тише, и часть слов мужчина не разобрал, хотя смысл уловил: первая девица при парне.

В памяти неожиданно возник образ красотки из кафе. Спортивная брюнеточка или шатеночка, из–за тусклого света он точно не разглядел, с приятными округлостями в нужных местах, ярко–розовой ветровке и со смешным пучком на голове.

И тоже не свободная. Было что–то в той девушке, что–то особенное, ведь не просто так она то и дело мелькает в его воспоминаниях.

– Вот и отлично! – довольно заявила сладкоежка. – Он мне нравится всё больше и больше, честное слово! Мужчины и не должны любить сладкое, а то нам ничего не останется. Ты, кстати, решила, что наденешь завтра?

Соседки принялись обсуждать шорты–юбки–платья, и Ярослав потерял интерес к их беседе окончательно, да так и уснул под милое щебетание.

Снилась ему девушка из кафе, только на этот раз она была в длинном сарафане небесно–голубого цвета. Распущенные каштановые локоны спускались до талии мягкими волнами, а сама соблазнительница, придерживая подол руками и оголяя до колен стройные ножки, шла по мокрому песку, периодически заходя по щиколотки в море. И что–то говорила.