Мой сводный дракон

– Потому что тебе они нравятся? – уточнил Рагнар, склоняясь к моим губам.

Поймала себя на желании потянуться навстречу, но не позволила усталости и вину принять столь важное решение. Не хватало ещё соблазниться этим нахалом.

Очаровательным, когда шутит, надо признать. Ему ужасно идёт улыбка. Жаль, появляется на его губах столь же редко, как кометы в ночном небе.

А в остальном он наглый, властный, упрямый и совсем не похож на героя моего романа. Не поддавайся, Алеся. Особенно, если очень хочется сделать это.

Такому мужчине легко отдать власть над собой, но забрать – невозможно.

Тряхнула головой, пытаясь собраться с духом и достойно ответить на провокацию.

Выпрямилась, отдаляя наши губы и сталкивая взгляды.

– Мне нравится идея, что я интересна взрослому мужчине, но не более того. Ты – брат.

– Продолжай убеждать себя в этом, возможно, рано или поздно поверишь, – заметил Рагнар ехидно, затем быстро поцеловал кончик моего носа.

Пока я училась дышать заново, этот бесстыжий сорвал с моих кос ленты и высвободил пряди, расчёсывая их пальцами.

– Может, ещё высушишь их? – буркнула, лишь бы как–то отреагировать на мужское своеволие и уничтожить разлившуюся по телу слабость. Я слишком остро на него реагирую, слишком ярко.

Вместо ответа он погладил меня по голове, словно ребёнка, и действительно просушил шевелюру. Пришлось смущённо благодарить и делать вид, что вовсю занята сборами.

В четыре руки мы быстро собрали лагерь и продолжили путь. У меня не было с собой часов, но день очевидно клонился к закату, и я начинала волноваться, поскольку фонарей или волшебных мерцающих лепестков в карете не наблюдала.

Тёмный лес и днём казался страшным, от мысли, что придётся путешествовать в кромешной ночной тьме, и вовсе пробирал озноб.

– Ты можешь зажечь свет? – не надеясь на положительный исход дела, спросила у брата, который выглядел подозрительно довольным.

– Мы засветло прибудем в гостиницу, – в своей манере ответил Рагнар. А ведь мог пошутить, что я прозевала момент и уже не успею воплотить свой коварный каретный замысел и скомпрометировать его, бедного–несчастного.

Обменялись бы шутливыми фразами, посмеялись, а не сидели в неуютной тишине.

– Спасибо.

Надолго Рагнара не хватило, но теперь я знала, что он не такой уж нелюдимый бука, каким хочет казаться. Уже хорошо. С ним можно иметь дело, разобраться бы только в управлении. Пока я совершенно не понимала, чем его раздражаю и чем радую.