За синим пламенем свечи. Часть 2. Эксидорская невеста

– Эя! Удачного Вам дня! – крикнула ей вслед Танька и приветливо помахала рукой.

Молочница от не привычного к себе обращения, засмотрелась на новую работницу и чуть не въехала тележкой в кухонный забор.

Птичница явилась следом с большой корзиной подмышкой. И поставила её на скамью перед Танькой. Пока Танюха перекладывала яйца по плетёным мискам, она внимательно следила за каждым её движением.

– Какие крупные яйца, – похвалила Танька, – И ещё тёплые. Только что из-под курицы?

– А как же! – встрепенулась птичница, – Как собрала, сразу сюда!

– И много у вас куриц? – спросила её Танька, чтоб поддержать разговор.

– Двадцать.

– Должно быть, они у Вас хорошо несутся!

Птичница вдруг побледнела и прижала к груди пустую корзину:

– Да… слава богу. Не жалуемся.

И, подхватившись, стремительно убежала прочь. Танюха скептически поглядела ей вслед:

– Странные они все какие-то…

Вернувшись из погреба, кухарка начала заправлять готовкой, загружая в три высоких котла крупу. Поварята замешивали из теста булки и отправляли их в печь целыми противнями.

– Надо же! Я мне, с вечера показалось, будто в замке, кроме правителя, нет никого.

Эфиминия вытерла руки о передник:

– Это верно. При дворе почти никого не осталось.

– Для кого же столько еды?

– Гвардия властителя содержится за счёт придворной кухни. Каша и хлеб – для них. Господин Эрджеральд завтракает поздно; ему я готовлю сама.

После того, как явившиеся дежурные гвардейцы утащили с кухни котлы с предназначавшейся им едой, на кухню собралась прислуга.

Они все дружно уселись за стол вместе с кухаркой, поварятами, угольщиком и водоносом. Таньке тоже было позволено завтракать с ними.

Последняя на кухню вошла высокая угрюмая женщина. На ней было длинное мешковатое платье с передником, а на голове серый платок, повязанный узлом на затылке.

– Здравствуй, Эви! – поприветствовала её кухарка.

Но та, молча, прошла к кастрюле. Нагребла из котла в миску каши с горкой. Отрезала два больших ломтя хлеба. Прихватила крынку молока и, ни слова не говоря, удалилась. Танька заметила, что никого из присутствующих не смутило её поведение. Все продолжили трапезу, перебрасываясь короткими фразами.

– Энунсио так и не нашли, – сказал дворецкий.

– На его месте я бы просил убежища в Ситаре, – заметил водонос.