Королевская кровь. Горький пепел

Что касается молодого Дармоншира, Нории, – ты знаешь, что у каждого свой бой. Тот, что должен выдержать он сам – или умереть. Он еще юнец; выдержит – станет мужчиной.

– Знаю, – согласился Нории, склонив голову набок и легко проведя ладонью по водной глади фонтана. – Я не могу драться вместо него, я даже не могу драться рядом с ним. Но хороши же мы будем, если отвернемся от молодого ветра, Чет. Единственного ветра Туры. Нас с тобой наставляли и помогали, в первый бой с тобой плечом к плечу шли другие ученики, а у него нет никого.

И даже духов он вызвать на помощь не может – не умеет еще и нет у него на это сил.

Четери недовольно покосился на друга, подбросил клинок в воздух – тот подлетел с гулом – и поймал его за рукоять. Сверху на его плечи посыпались срубленные листья и цветы.

Нории молчал и ждал.

– Там же рядом море, – сказал Мастер с намеком.

– Да, но в Дармоншире ни капли стихии нашей Матери, Чет, – напомнил Владыка Владык.

– Зато в тебе ее довольно, – буркнул Четери сварливо. – Загляни в сокровищницу Тафии, Нори-эн.

Ты не помнишь, верно, а нам Мастер Фери рассказывал, как в давние-давние времена Владыка Не?йрин заключил договор с водяными духами и заклял амулет, который заложил в стену Тафии. Сто лет после этого сотня тер-сели несла стражу вокруг Города-на-реке, а Нейрии платил им кровью и обязал людей брать к себе в дома новорожденных духов. Амулет в виде собачьей головы. Найди его и попробуй снова заключить договор с тер-сели. Если готов платить и если уж тебе очень хочется похлопотать над мальчишкой.

– Так надо, – без обиды пророкотал Нории. – Чувствую, что надо.

– Раз надо, то делай, – уже спокойно ответил Мастер. – Только не забудь рассказать молодому Дармонширу об ограничениях. Чтобы он на радостях не расслабился. Помогать тоже надо с умом, чтобы твоя помощь не стала поленом в его погребальном костре. – Он задумчиво потеребил кончик красной косы. – Я вот тоже занимаюсь помощью одному юнцу. Звезды, что ли, так над нами встали, Нори-эн?

Вей Ши

За последние пару недель внук императора Йеллоувиня убедился, что, родись он крестьянином, жизнь его была бы куда легче и приятнее.

Послушники и монахи обители Триединого который день по утрам копали грядки и сажали картошку, капусту, тыкву… и много чего еще сажали, поднимаясь до восхода солнца – ибо работать на дневной жаре было невозможно. Вей Ши вставал еще раньше, потому что стоило пропустить хоть день тренировок – и тело становилось деревянным, непослушным.