Королевская кровь. Горький пепел

А затем велел идти отдыхать.

К вечеру орудия Вермонта активизировались, обстреливая склон вокруг сияющего портала, – так делали уже несколько ночей, чтобы закрыть иномирянам возможность перебросить подкрепление из Нижнего мира. По долине под грохот канонады гулял воющий ветер, в темноте видны были только вспышки от ударов артиллерии да низкие облака со стороны иномирян, подсвеченные отблесками костров с дальней стороны склона. А лагерь бермонтцев опустел. Армия под прикрытием ночи двинулась в наступление.

У командиров стояла задача пройти по льду затопленной долины до склона и, поднявшись по нему двумя потоками, окружить и атаковать врага, отрезав его от перехода и дав время королю закрыть его. Атака армейских частей должна была служить и отвлечением для защитников портала – тех, кого не упокоит работающая артиллерия.

В обезлюдевшем лагере, преклонив колени у походной часовни Хозяина лесов, стояли мятежные линдморы, несколько боевых магов и берманы личной охраны короля. Был здесь и сам Демьян – он закончил молитву, поклонился вырезанной из дерева полумедвежьей-получеловеческой фигуре первопредка, опирающегося на секиру, поднялся, оглядев вооруженный до зубов отряд, и приказал:

– Выступаем.

Внизу, во тьме долины, шла по льду армия, а наверху, слева от нее, по опасным склонам двигался королевский отряд – чтобы зайти к порталу с другой стороны. Далекие вспышки взрывов, ложащихся на «цветок» и по его периметру, служили ненадежным ориентиром – человеку легко было бы сбиться с пути и потерять спутников.

Берманов спасали нюх и оставленные первопроходцами метки, но все равно приходилось быть начеку: склоны были ненадежны и опасны – попадались то ледяные наплывы, то шаткие каменные осыпи, старые тропы были завалены рыхлым снегом от недавних метелей, и, не будь с отрядом тех, кто успел изучить путь, они все были бы уже похоронены под лавиной.

Демьян иногда останавливался у выступающих из снега темных скал, в которых чувствовал средоточие родной стихии, постукивал по ним кончиками пальцев и вибрирующе порыкивал.

Из гранита, как из жидкого теста, вдруг показывались медвежьи фигуры варронтов, стихийных духов земли, – они уважительно ворочали перед его величеством каменными башками со светящимися зелеными глазами, слушали приказы и присоединялись к процессии. К концу четырехчасового пути впереди отряда из сотни берманов и пятерки людей тяжело шагали семнадцать варронтов, продавливая широкую тропу.