Королевская кровь. Проклятый трон

Здесь было слышно, что Мартин с кем-то разговаривает – музыку он сделал потише, – и я потопталась у его спальни, затем приоткрыла дверь. Маг сидел в кресле, уже без рубашки, в одних брюках, и, прижимая к уху телефон, стягивал носок.

– Все, Виктор, составь ему компанию и развлекай, а о доплате поговорим, – он кинул трубку на кровать, кивнул мне, прищурившись, потянулся руками вверх, покрутил плечами со стоном. – Заходи, принцесса. – Он разглядел, видимо, что-то в моем лице, потому что похлопал себя по коленям.

 – Иди сюда, вижу, надо утешать и снова вправлять мозг. Правда?

– Кто звонил? – спросила я вместо ответа, аккуратно садясь на самый краешек его колен. Но блакориец обхватил меня, прижал к себе, и я поерзала, устраиваясь поудобнее, положила голову ему на плечо.

– Зигфрид ваш, – ответил он досадливо, – решил сделать сюрприз и заявился сегодня ко мне на ночь глядя. Так что пришлось срочно и дистанционно организовывать ему компанию, выпивку и прочие удовольствия.

Мне стало совестно.

– Так, может, ты к нему сейчас, Март?

Маг был надежным и удобным. И тело у него оказалось крепким, хорошим таким, развитым мужским телом. И пах он хорошо, теплым мужским запахом. Я прислушалась к себе. Приятно, да.

Блакориец фыркнул.

– Ни за что. Я уже попросил дворецкого составить ему компанию. Виктор привычный, сейчас они напьются, потом по бабам пойдут. А я тут побуду. С тобой.

Я нахмурилась. Было неловко спрашивать.

– Мартин… и ты тоже с ними по бабам ходишь?

– Марина, – сказал он очень серьезно, – для всего континента мы с тобой встречаемся.

А я все-таки не только бабник и разгильдяй, но еще барон и дворянин. За кого ты меня принимаешь? Если я подгребу кого-нибудь под себя, то на следующий же день все газеты будут живописать мои похождения и полоскать твое имя.

– Ну а как же… – я замялась. – Тебе разве не хочется?

– А что, разве не чувствуется, что хочется? – прошептал он низко, и я покраснела. И уже совершенно нормальным тоном продолжил: – Принцесса, мне почти восемьдесят лет.

Первую женщину я попробовал в четырнадцать. Шестьдесят шесть лет не самого размеренного опыта. Поверь мне, я способен продержаться несколько недель или месяцев – ну, пока не завоюю тебя или пока не надоем.

Мартин шутил, и я улыбнулась ему в шею. Тема была, признаться, горячая, но и здесь он как-то увел ее от неловкости.

– И вообще, Марина, мне надо с тобой провести воспитательную работу.