Гримуар. Сокол во тьме

– Постой, не оставляй меня одну! – прокричала я вслед и побежала за ним с волком, минуя могилы.

– Я был здесь часто, в детстве, – сказал мужчина, когда я поравнялась с ним.

Прошло несколько секунд, пока я сообразила:

– Это твоё село? – удивилась я.

– Ты думаешь, почему он послал меня вместе с тобой? – грубо ответил Йорик.

– И ты не побоялся?

– Кого? Тебя? – наморщил лоб он.

– Ну, я как бы… могу убить тебя! – опять я разозлилась на спутника.

– Можешь мне не напоминать о твоих способностях – убивать бессмертных без возможности перерождения, я и так это знаю, – с раздражением сказал он.

Йорик прервал разговор и резко остановился возле одной могилы. Постояв несколько секунд, он продолжил идти. Я задержала взгляд и посмотрела на надпись памятника: «Татьяна Федоровна Скляренко, 21.02.1834 – 13.06.1869». Затем я прочла эпитафию: «Храню тебя». Почему не «храни тебя»?

– Кто это? Та женщина? – любопытство меня распирало.

– Это не королевское дело! – огрызнулся Йорик.

– Клянусь, я тебя сейчас убью! – злилась я, кожу прожигал кулон.

Но Йорик не заговорил, пока мы не вышли из территории кладбища, прошли с рядом находившейся церковью, пересекли какой-то старый черешневый сад и остановились перед ветхим зданием с облезлой зелёной выцветшей краской на дверях.

– Вот здесь тебя ждёт работёнка, – сказал Йорик, срывая засовы, запирающие дверь.

Он пропустил меня со словами что-то типа «дам вперед». Солнце уже хорошо освещало утро. Мы ступили с Дружком первые: старые скрипучие полы эхом отозвались в помещении.

Я потеребила кулон на шее, так как он назойливо напоминал о себе.

– Что ж, пора! – сказала в итоге я, потерев руки.

Я проводила руками по книжным полкам, но ничего особенного не чувствовала, кроме обычных книжных историй.

– Почему люди так жестоки? – тихо проговорила я.

– Что? – удивился Йорик.

– Почему люди забросили эти чудесные истории, равносильно, что выбросили на помойку.

Я не видела, но, кажется, в воздухе повисло удивление.

– Я не чувствую здесь того, что мог бы искать Самаэль. Он даже не пояснил, что искать. Для меня здесь каждая книга особенная, – добавила я, листая одну из них. – И вообще, я больше не могу носить этот кулон, – сказала я, когда почувствовала лёгкую тошноту. – Я сниму его! – не выдержала я и закричала.

– Не-е-т! – возразил мой спутник, но было уже поздно, я сорвала кулон с шеи.