Айя. Жизнь… и после…

Тихонько, чтобы не скрипнул пол, она прокралась в предбанник, который свекровь оборудовала ей под кухоньку, поставив там одноконфорочную плитку, чайник, пару чашек и тарелок и повесив полочку с печеньем и растворимым кофе. Налив воды ковшиком из ледяного ведра, поставила чайник, села, пригорюнившись, как бабка, подперла щеку кулачком и задумалась. Потом отодвинула занавеску и вздрогнула. Прямо перед их вагончиком, через канавку, отделяющую два участка, стояла вчерашняя рыжая женщина. Она держала раскрытый зонт, зябко вздрагивала открытыми плечами под немодным, открытым платьем, в упор смотрела на их окно и не шевелилась.

Потом повернулась, медленно, как будто во сне и тихонько пошла прочь по тропинке к черному, полуразрушенному соседскому дому, в котором, как уверял Саша, лет сто никто не жил. У крыльца она обернулась, снова посмотрела на и окно, улыбнулась – страшно, тоскливо, муторно, помахала Айе рукой и исчезла за покосившейся дверью.

Айя, чувствуя, как похолодела спина и даже прошла ломота, налила себе кипятка из уютно зашумевшего чайника, бросила пару ложек кофе и сыпанула сухого молока.

Подкинув в печку еще пару полешек, пригубила кофеек, зажмурилась от удовольствия. Сзади заскрипел пол под ногами мужа, он приобнял ее, отнял чашку и глотнул.

– Саш! Что там за рыжуха смурная живет, в том доме? Второй раз вижу. Вчера стояла у калитки, когда мы приехали. Сегодня опять. Как ей не холодно в том доме, вон щели одни и окно разбито.

– Какая рыжуха? Ты о ком?

– Да та, ты же вчера видел ее.

Растрепанная такая, страшная.

– Никого я не видел. Там и нет никого, там дом не жилой, что ты выдумываешь. Ты устала вчера, вот и привидилось.

– Да? А сегодня? Тоже устала? Как тебя видела – вот там стояла.

– Не знаю, Айк. Может соседка бродила какая, они там все цветы у них выкапывают – участок-то брошенный. Не заморачивайся.

Айя чувствовала, что тут что -то не так. Но, вдруг выглянуло солнце, сразу стало жарко, заискрила роса на высокой траве и настроение улучшилось, тоски, как не было.

Прибежала свекровь, шумно и весело затеребила, потащила завтракать. Покатившийся колобком день стер страшное из головы Айи, и даже плохое самочувствие исчезло, испарилось как дым.

Глава 7. Знакомство

Две недели после приезда жизнь вокруг Айи вертелась колесом. Свекровь насела на нее с грядками, учила огородничеству с упорством полоумного агронома.