Мо Ир. Тлен

Выглядело так, словно кто-то нагрел силой мысли эту огромную стеклянную башню, придав ей плавную форму десятиэтажного здания, а потом медленно и равномерно охладил, чтобы добиться её усиленной стойкости.

Казалось, будто эта груда стекла слегка скрипит, но, если внимательно вслушаться, становилось ясно, что слышимого скрипа всё-таки нет…

Ни одно живое существо не могло здесь находиться.

Высота горы Азра Алада делала своё дело лучше всяких искусственных систем защиты.

Даже птицы не летали на этой высоте…

На самом верхнем этаже находился силуэт из светлого сияния, который сидел в кресле из такого же сияния, как и он сам.

Силуэт вглядывался в омут впереди себя, и омут блистал, словно жидкое зеркало, но показывал далеко не отражение силуэта, а что-то ещё, что-то совсем другое и не видимое обычному взору.

Силуэт был огорчён.

На ногах у него были надеты световые кандалы и цепи, которые непонятным образом его удерживали, ведь цепи исчезали и становились в итоге невидимыми.

– Кано! Кано! – раздался голос из омута.

 – Кано!

Силуэт вздохнул, неохотно встал и подошёл к краю пола, который выглядел вовсе не как пол, а как тонкий холодный лёд над огромной пропастью.

– Кано! Дай мне жизни!

– Не могу, Госпожа, – ответил силуэт, – это не в моей власти… – Силуэт взял в правую руку цепь и продолжил: – Я порабощён, моя Госпожа.

– Ка-а-но! Ка-а-а-но! Отпусти меня!

Женский молящий голос пробирал до самой глубины души, но Кано ничего не мог с этим поделать. Вот так вот целые две тысячи лье Кано слышит мольбы его Госпожи освободить её, и две тысячи лье он вынужден отказывать ей и оставаться в неволе.

– Кано, ты должен это сделать! Кано! Кано, отпусти меня!

Если бы Кано был человеком, его слёзы иссякли бы давно, а сердце умерло бы от жалости ещё в первые же дни мольбы Госпожи.

– Кано!

Кано вглядывался в даль заката. Тёмные тучи простирались вниз по горному склону, словно шерстяная шуба, и ничего за ними было не видно.

– Кано!..

Каждый раз с приходом ночи Эгма кричала ему.

Властительница Мо Ира, супруга Эондарума, та, что вдохнула жизнь в Мо Ир, теперь была забыта всеми. Эгма не теряла надежды и каждый день пыталась вырваться из плена и достучаться до сердца своего Хранителя… Но его сердца не было… Ведь он давно умер.

– Кано! Ты можешь меня спасти! Я знаю это! Кано!

Кано продолжал дальше смотреть вдаль и безвольно удерживал свою голову на плечах, позволяя ей слегка упасть набок.