Неправильная сказка. История времен Тридцатилетней войны

– Добрый день господа, – а говорила не аббатиса. Та стояла у деревянного резного кресла во главе стола, руки сложены на груди. А вот сидела в кресле дама. Высокая, худая. Очень пожилая, блеск брильянтов уже не прятал морщины. Именно дама – тысяча лет благородных предков читались на лице явственно.

– Добрый день госпожа… – тут Лесли замялся на секунду.

– Их светлость, графиня Амалия фон…, – поспешила представить хозяйку стола аббатиса. И потом назвала фамилию, от которой все приходили в ужас.

Госпожа теща князя командующего. Ее сам император боится. – Приехала в наш монастырь на богомолье.

Капитан прикинул про себя примерный маршрут отхода до шведских позиций, – слава Богу, недалеко, напомнил себе, что и сам потомок королей, и как мог четко представился.

– Капитан Лесли, мушкетерская рота на службе императора. И мой прапорщик Лоренцо

– А что с вашим лейтенантом?

– Бедолага, к сожалению, заболел… – капитан замялся, думая, чем может заболеть огородное пугало.

 – И его пришлось оставить в Хохкройтендорфе, на зимних квартирах.

– Жаль … – глаза графини живо напомнили Лесли зрачки дул испанских мушкетов под Нордлингеном. – Присаживайтесь, господа.

Никто не заставил себя просить дважды.

Аббатиса прочитала молитву. Все перекрестились.

– У вас имя есть, капитан Лесли?

– Яков. Яков Лесли.

– Александр Лесли, генерал шведской армии, вам не родственник?

– Половина Шотландии – Лесли. Другая половина – Гордоны.

Говорят, еще есть Кемпбеллы, но я их пока не встречал, – о делах своей горной родины капитан имел весьма смутное представление. – И все друг другу родственники. Чтобы устроить всех, Александр Лесли должен быть как минимум генералиссимусом.

– Вы католик?

– Лютеранин, – аббатиса припечатала Лесли тяжелым взглядом, но смолчала

– Почему же вы служите императору римскому? – графиня спрашивала, как допрос вела.

– Император платит, – Лесли чувствовал глухое раздражение.

Приглашали, в конце концов, на обед, а не на допрос.

– А как же вера?

– У шведов сейчас католиков не меньше, чем лютеран. У императора на службе сейчас лютеран не меньше, чем католиков… – раздражение прорвалось короткой четкой речью. – Я пять лет на этой войне и никак не могу понять, чем мои действия здесь помогли одной вере или повредили другой.

– Хорошо … – голос графини был обманчиво-мягок. – Гляжу, обед принесли таки.