Я не успел тебе сказать… Сборник рассказов

В голове шумело, перед глазами была пелена. Глотнул воды, взял несколько леденцов. «Интересно, кто утверждал все это? Явно дальше городского парка никуда не выходил».

Рустам откинулся на снег и попытался оглядеться вокруг, но несущийся снег слепил глаза, набивался в рот и в нос, не давая дышать. Да и темень была такая, что на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. «Замерзну, заметет снегом, и никто не найдет», – пронеслось в голове. Впервые в жизни ему стало по-настоящему страшно.

«Папа, когда я проснусь, ты будешь уже дома? Я буду тебя ждать», – вдруг отчетливо услышал он голос своего пятилетнего сынишки.

«Сын будет меня ждать, а я тут раскис, как кисейная барышня! – разозлился он сам на себя. – Нужно бороться, наши меня не бросят».

– Я вернусь, Максимка, обязательно вернусь!

Мысли о сыне придали ему сил, и, перевернувшись на живот, скрипя зубами и матерясь во все горло, он пополз вперед, приблизительно определив необходимое направление. Полз, не разбирая дороги, домой, к сыну и любимой жене, пока не свалился в ложбинку, на время укрывшую его от несущегося и ранящего лицо ледяного снега.

***

На КДП радист уставшим голосом продолжал вызывать 335-й. Маленькое, насквозь прокуренное помещение не могло вместить всех, кто бесконечно вслушивался в шорохи и треск рации в надежде услышать знакомые позывные. И вдруг шумы в заветном аппарате усилились:

– Я 335-й, я – 335-й, слышу вас хорошо!

Радостный гул множества голосов пронесся по коридору: «Жив, Рустам жив!» Но радость тут же сменилась тревогой – сколько он сможет протянуть при таком морозе и ветре?

– Он ранен, – послышался голос радиста.

 – Повреждена левая нога, кровотечение сильное. 335-й, ты где? Не отвечает, – растерянно посмотрел молодой лейтенант на командира, который все это время находился рядом.

– Дай мне! – отодвинул его командир. – 335-й! Ты слышишь меня?

И снова тишина в эфире, и мысли одна тревожнее другой.

– Слышу вас. Решил вздремнуть немного, – попытался пошутить Рустам.

Перед глазами плыли черные круги. Несмотря на жуткий холод, он чувствовал влажную теплоту в левом меховом сапоге.

«Шутит – значит, еще не все потеряно», – подумал командир.

– Нет уж, ты не спи. Нас жди в гости, – говорил, а сам с тревогой вслушивался в голос летчика: только бы не потерял надежду, только бы не поддался панике. Тогда конец неминуем. – Мы отправили в твой квадрат вездеходы, они уже ищут тебя.