Твоя невеста из преисподней

– А если не получится?

– Если не получится, я спрошу у бабушки, что с ней делать. У нее гораздо больше опыта, чем у меня, да и по силе она меня значительно превосходит… точнее, превосходила, пока совсем не постарела.

– Ясно. Хорошо. – Он взял в руки мое лицо и крепко поцеловал. – Нужно просто успокоиться и довериться тебе, так? Ты наш… то есть мой единственный шанс?

– Так, – я улыбнулась, – ну все, пойду, а то она взбесится.

Последнее слово застряло у меня в горле, и я поняла, какую глупость только что сказала – взбесившийся бес.

Или демон. Кто она там? Поди разбери.

– Аурелия, я с тобой, – Егор нагнал меня в дверном проеме.

– Не лезь в девичьи разборки, тебе же хуже будет.

Он замялся, бросая мне через плечо опасливые взгляды.

– Мы не знаем, на что она способна. Я не хочу, чтобы она причинила тебе зло!

– Даже если она решит меня прикончить – ты ничем не сможешь помочь.

Поправив волосы, я вышла в холл.

Снизу слышалось невнятное бормотание, похожее на пение. Я напрягла слух, пытаясь разобрать слова:

Ты любовница, а я ему жена.

Как же быть, когда любовь одна?

На троих у нас всего одна семья.

Ты его украла у меня.[1 - Авторство строк – И. Лакина. (Здесь и далее примеч. автора.)]

Голос стих, а у меня по спине пробежал холодок. Я глубоко вздохнула и спустилась по лестнице. Что за песню она сочинила? Какая еще жена?

– Человечий дух чую… – протянула девушка, – иди не бойся, я не кусаюсь.

Я спустилась на один пролет и увидела ее стоящей у первой ступеньки с бананом в руках. Посмотрев в ее налитые кровью глаза, я на несколько секунд потерялась там. Она взглядом подавляла мою волю и мешала рационально мыслить.

– Иди, иди ко мне, не робей, – ее голос стал тихим и мягким.

Неожиданно моя ступня оказалась на чем-то скользком и липком. В следующую секунду я пятой точкой сосчитала ступеньки.

Эта гадина бросила на лестницу банановую кожуру и отвлекла мое внимание.

«Второе падение за день – это чересчур!» – кричал возмущенный копчик. Как только я пролетела последнюю ступеньку, рядом с ухом раздался зловещий хохот, больше похожий на рык подвыпившего мужика, чем на смех молодой девушки.

– Больно? – с притворным участием спросила она, протягивая руку. Я отмахнулась.