Твоя невеста из преисподней

– Как странно… – девушка нервничала и теребила пальцы рук.

– Вот, – я протянула ей лист бумаги с адресом, который я предусмотрительно переписала собственной рукой. Каракули фантома было трудно разобрать даже мне.

– Но, – лицо девушки переменилось, – это же адрес моей крестной!

– Все верно.

– Шарлатанка! – закричала дочь покойницы и вскочила с дивана как ужаленная. – Я сразу заподозрила неладное – цыганка и в поверенных у мамы! Вот же небылицу сочинили!

Старая песня – все шло как по маслу, и вот те, «здрасьте».

Опять нужно доказывать, что я не верблюд.

– Аккуратнее с выражениями, мисс. Я к вашим семейным драмам не имею никакого отношения. В чем, собственно, дело? – потребовала я объяснений.

– Она вас подкупила, да? Сказку о наследстве сочинила, чтобы заманить меня туда и вытянуть деньги на водку папаше? Знает, что свадьба и что у меня есть. Вертихвостка!

– Да кто она?

– Не придуривайтесь!

Я встала с дивана и бросила на нее недоуменный взгляд. Во что меня втянула эта неприкаянная душа, улыбающаяся мне с портрета? Семейных разборок мне тут не хватало.

Боже! Как же меня достали эти поручения! Как же я хочу навсегда избавиться от этой почетной должности!

– Я, пожалуй, пойду.

– Да-да. Идите. И больше не стоит сюда приходить. А крестной передайте, что отец для меня умер. Пусть зря не старается меня разжалобить.

– Правый верхний угол на антресолях. Шкатулка с янтарными серьгами и золотым колье. Наденьте его на свадьбу. Ваша мать так хотела.

Девушка открыла от удивления рот.

Я же резко отвернулась и направилась к выходу.

– Не провожайте, – бросила я ей, не оборачиваясь.

Быстро расправившись с бесхитростным замком, я захлопнула дверь и вышла в подъезд.

– Достали, психи! – из моего рта вырвалось подобие змеиного шипения.

Придешь (а точнее – приедешь, за собственный счет), привезешь наследство на блюдечке с золотой каемочкой, а тебя то в шарлатаны записывают, то тапками гонят, то полицию вызывают. И никто слова благодарности не сказал.

И все из-за яркой внешности, которая очень тонко намекает на мое происхождение. Что за жизнь такая?

Слетев по ступенькам, я выскочила из подъезда и только на улице смогла успокоиться. Несмотря на полуденный зной, здесь, почему-то, дышалось легче.

В жилищах неприкаянных душ всегда дышится тяжело. Будь то квартира, комната в коммуналке или дорогой особняк. Воздух там как будто дрожит из-за их незримого присутствия, и его трудно вдыхать.