Лось в облаке

Лось в облаке

Ирина Александровна Лазарева

Поселковый сирота Саня и городской подросток Вадим сдружились навек. Но отцу Вадима, крупному чиновнику, не хотелось делиться влиянием на сына с каким-то деревенщиной. У поднаторевшего в интригах Березина-старшего были свои методы: выяснив, что юноши влюблены в одну девушку, рыжеволосую красавицу Веру, он понял, что теперь одновременно может разрушить и дружбу, и любовь сына…

Жестокие девяностые годы снова проверяют на прочность мужчин, выбравших разные, но одинаково опасные пути.

Ирина Лазарева

Лось в облаке

Сквозь накипь дней, издалека

Блеснет заветная река,

Где тихий плес, зеленый бор

И птиц хрустальный разговор

Пролог

Ранним утром в середине мая 2000 года, в час, когда едва забрезжил рассвет, на северной окраине Москвы, на втором этаже заброшенного четырехэтажного дома, предназначенного под снос, среди кусков отколовшейся штукатурки, ошметков обоев, продавленной и побитой кухонной утвари, драных матрацев и деревянной рухляди, на колченогом фанерном стуле сидел мужчина лет пятидесяти.

Руки его были стянуты за спиной веревкой и привязаны к спинке стула, лицо в предрассветном полумраке казалось синюшным, растрепанные жидкие волосы торчали пучками по бокам облысевшего черепа, нижняя чисто выбритая челюсть мелко дрожала, маленькие глазки с испугом и злобой смотрели на человека, который стоял перед ним, сжимая в руке пистолет с глушителем.

Человек с пистолетом был высок и широкоплеч, крепкого телосложения, на вид лет тридцати пяти.

У него были густые каштановые волосы и карие, холодные, словно осколки коричневого бутылочного стекла, глаза. Одет был в дорогой, отличного покроя костюм, голубую сорочку и шелковый галстук.

Лысый сучил ногами, балансируя на неустойчивом стуле, и гнусавым, срывающимся на фальцет голосом говорил быстро и сбивчиво, как в горячечном бреду:

– Шатун, ты подумай, что ты делаешь, подумай, сынок. Я ведь твоего отца знал. А? Вспомни, Шатун. Разве я хотел? Это не я, клянусь богом, не я.

Я не хотел ее убивать. Я даже не знал, что она в машине.

Человек, которого он называл Шатуном, недобро усмехнулся и навел на него дуло пистолета.

– Знаешь, зачем тебя привезли сюда? Чтобы ты, собака, перед тем как сдохнуть, узнал, от кого и за что примешь смерть. Да не верещи ты, ублюдок. Что, страшно тебе? Сколько народу сгубил, а все за свою жизнишку поганую цепляешься.

– Шатун, прости, это случайно вышло, несчастный случай.