Культурные особенности. I. Отпуск на «Счастье»

Вежливо, с тихой улыбкой:

– Раз уж все равно на воздух идёшь – поищи душевую кабину. По описи – должна быть, в ящиках флотского имущества, контейнер номер тридцать четыре. Хорошо?

Солнце успело хорошо прогреть пузырчатый дом а ветер – ещё не успел разогнать духоту сквозь только что вырезанные окна. Да и резак добавил жары. По лицам – тонкой струйкой пот, скользит крупными каплями по щекам и по виску. Свалилась, смялась мокрыми прядями, прилипла ко лбу Иринина чёрная чёлка. И разводы сажи на щеке – так и не отмылись, заразы.

Эрвин кивнул прежде, чем подумал.

Вот только душевой кабины Эрвин не нашёл. На пляжу, в импровизированном складе можно было искать до бесконечности. Ящики с флотским имуществом – под деревьями, в три ряда, одинаковые серые квадраты, каждый с двумя гербами и порядковым номером в одну краску через трафарет. Номера по описи, а опись…

Из пузыря-дома долетел звон, оправдания и Иринин усталый крик:

– Я что, одна здесь работаю? – голос держит ровно, но дрожь слышна, и тон чуть выше обычного – тоже устал человек донельзя.

Эрвин щёлкнул замком контейнера номер тридцать четыре. Толстые стальные цилиндры, лоснящиеся смазкой бока. Гранаты. Зажигательные, судя по маркировке.

– Пойдёт, – сказал сам себе Эрвин, сгребая сразу десяток.

Душевой кабиной парень, не мудрствуя лукаво, назначил звенящий в лесу водопад. Из куска пластика и пары хвощей – толстые, пустые стволы ломались в руках на раз – соорудил запруду, подождал, пока разольётся озером звенящая, чистая вода, примотал на палку гранаты и закинул подальше, на середину.

Сразу три. Рвануло знатно, в небо ударил струёй горячий пар. Вода в озере вскипела мгновенно. Эрвин подумал и кинул ещё парочку в бурлящий котёл, для верности. Если и было в воде что кусачее и опасное – хрен оно выживет в крутом кипятке. А новая вода падала и падала со скалы, разбиваясь на радужные, звенящие брызги. Эрвин и там импровизированную решетку соорудил из двух хвощей, размолоченных сапогами. Потом и Ирина подошла.

Точнее подбежала на звук взрыва. Быстро, опрометью, хрустели ветки под башмаком. Сбила дыхание на бегу, да и тяжёлый шотган оттягивал руки. Патронная лента через плечо. А волосы растрепались, облепили мокрыми прядями щеки и лоб.

– Что происходит? – резко, на вдохе спросила она, и замерла, переводя дыхание

– Душ делаю. Из того, что есть, – виновато пожал плечами Эрвин, тряхнув связкой гранат.