По ту сторону памяти

Ошеломленная, она стояла с телеграммой в руке, не зная, что сказать, а потом собрала дочку и пошла в санаторий, к Самвелу Георгиевичу.

Тот замер, прочитав телеграмму, долго молчал, барабаня по столешнице, а потом поднял глаза:

– Мы с Виктором с детства дружили, я в Сочи лет пятнадцать как обосновался, а до этого в Адлере жил. И Толика хорошо помню, такой смышлёный пацан был, – он помолчал немного, а потом, хлопнув ладонью по столу, вполголоса произнес:

– Ехать надо! Ты со мной?

И, заметив сомнение в глазах Влады, добавил:

– На машине поедем, с удобствами, так что, дочку бери тоже.

Тут недалеко. Ну, да ты знаешь. На день – максимум на два. Посмотрим по обстановке.

Это был тяжёлый визит. Виктор держался как-то, а Галя просто закоченела в своем горе и, лишь взяв на руки малышку, немного оттаяла.

– Красавица будет, – вполголоса повторила она слова нянечки из роддома. – Олюшка наша.

Самвел привез много продуктов, водку, быстро накрыли стол, выпили за память Толика.

Он погиб в аварии на заводе уже месяц назад, они не хотели сразу сообщать Владе.

– Да и не знала ты его, нашего мальчика, – со вздохом произнесла тетя Галя.

Мужчины сидели долго за столом, вспоминали прошедшие годы, свадьбу Гали и Виктора – первую свадьбу в их компании, рождение их сына.

К вечеру Самвел собрался домой.

– Останься у нас, Владочка, хоть на пару дней, погости, – попросила Галя.

Чувствовалось, что ей страшно оставаться наедине со своим горем и со своими воспоминаниями.

– Оставайся, если хочешь, – кивнул Самвел.

 – Я за тобой завтра машину пришлю.

– Оставайся, – поддержал Виктор, а потом добавил коротко:

– Дело есть.

За ужином говорили на посторонние темы, как будто старались плотно закрыть дверь за бедой, ворвавшейся в их дом.

А за чаем Галя сказала:

– Мы тут с Витей вот что надумали – хотим тебя к нам прописать. Квартира у нас хорошая, обжитая, с ремонтом. Кооператив. А мы уже немолодые, и к тому же – одинокие. Ты теперь, после того, что произошло, наша единственная родня.

Ты да Гулечка. Но она далеко, – она вытерла уголки глаз. – А ты тут, рядышком. И малышка. Мужа твоего мы не видели, не знаем, – она вздохнула. – Расписались хоть?

Влада отрицательно покачала головой.

– А что так?

– Галя, не надо об этом, – вмешался Виктор. – Не наше это дело. У молодых понятия другие. Главное – ребенок есть. Живут в ладу. Что ещё надо?

– А почему не наше дело? Не чужая нам Владочка. И должно быть так, как должно.