Ночной странник. Часть вторая

Долго собираться не пришлось, так как вещей у Ольги и Дэвида было немного. Спустя пятнадцать минут, расплатившись окончательно с мистером Суини за проживание, они втроём с Ричардом под покровом ночи сели в арендованный внедорожник и снова отправились в путь. Ехать пришлось недолго, всего через несколько минут Ольга остановила машину напротив дома Ричарда, и тот, не теряя времени, направился ко входу в свой подвал. Отсутствовал мужчина также недолго. Едва оставшиеся в автомобиле беглецы успели подключиться к еле работавшему в здешней глуши интернету и наспех ознакомиться с маршрутом предстоящей поездки, как фигура Ричарда вновь возникла на дороге в свете фар.

С собой он нес лишь одну небольшую тёмную сумку, да какой-то прямоугольной формы сверток.

– Держите свой дневник, – сказал мужчина, садясь на заднее сидение автомобиля и протягивая Дэвиду свёрток.

– Спасибо, – ответил Дэвид, разворачивая ткань, скрывавшую тетрадь в твёрдом переплёте.

– Пожалуйста. А теперь, давайте-ка уберёмся отсюда поскорее, а то у меня аж хвост печёт от того, как близко к нам погоня.

– Вы чувствуете их приближение? – удивлённо спросила Ольга, трогаясь с места.

– Конечно, – ответил Ричард так, будто это было очевидно. – Странно, что мой племянничек не чувствует. Но, возможно, что чутье его разовьётся с возрастом, если останется волком. Хотя, может, и нет, ведь моё было со мной всегда.

– Сэр Рональд говорил, что вы больше любили быть в волчьем облике, чем в человеческом, – поддержала разговор Ольга.

– Много он понимает, этот старик, – недовольно почти прорычал Ричард. – Он, небось, сказал, что я сам сбежал, повернувшись с горя на своей волчьей натуре?

– Не в таких выражениях, но да, именно это он и имел в виду, – призналась девушка, вглядываясь в тёмную проселочную дорогу. – А как всё было на самом деле?

– На самом деле было так, что этот самопровозглашённый сэр, выгнал меня из собственного дома, чтобы я не мешал ему пудрить мозги моей сестре.

Он очень быстро понял, что ему никогда не заслужить моё доверия и не заставить подчиняться, поэтому и решил избавиться от меня. Первое время после смерти матери он, правда, ещё пытался изображать отеческую заботу и привязанность, но скоро мне стало ясно, что всё это лишь часть его извращённой мести моему отцу за то, что он увел у него любимую.