Улыбка Амура

Никита поблагодарил милиционера, сделав попытку сунуть ему купюру, но тот вежливо отказался и укатил. Едва машина скрылась в тумане, Наташкин братец схватил сестру за плечи и принялся ожесточенно трясти, приговаривая: ? Еще раз! Еще раз! Такое устроишь! Своими руками придушу! Чтоб уже больше никого не мучила!

? Да-а-а, а кто меня бросил? ? вопила Наташка, размазывая слезы. ? Эти смылись, а ты пошел свою дылду провожать! А я что ? одна должна была возвращаться, да-а-а?

? Марш домой! ? прорычал Никита и с размаху дал ей под задницу.

Наташка взвизгнула и понеслась к подъезду, приговаривая: ? Все маме скажу: и как ты меня бросил, и что дерешься!

Мрачный Никита, не попрощавшись, пошагал следом.

Вадим с Настей, молча, смотрели им вслед. Правота Наташки была очевидна, как и их общая вина, оставалось только благодарить Бога, что все закончилось благополучно. Когда брат с сестрой скрылись в подъезде, Вадим обнял Настю и притянул к себе. От неожиданности она онемела, неловко ткнувшись носом в его куртку.

? Обещай мне беречь себя, ? глухим голосом произнес он. ? Если с тобой случится беда, мне будет очень больно! Обещаешь?

Не поднимая глаз, она кивнула и, вывернувшись из его объятий, побежала через двор. Но у подъезда не выдержала, оглянулась. Он стоял, ссутулившись, на прежнем месте. Насте мучительно захотелось вернуться и еще раз прижаться к его куртке, ? но, устыдившись этого желания, она стремительно нырнула в полумрак подъезда и понеслась к себе.

После этого случая Наташку вообще перестали выпускать по вечерам из дому.

На ее возмущенные вопли Никита, молча, показывал внушительный кулак. Но однажды во время очередной истерики не выдержал и выдал:

? Ну, скажи, скажи, почему к тебе вечно цепляется всякая мразь? Почему к Насте и к другим порядочным девчонкам такие не пристают, а к тебе моментально?

? Откуда я знаю! ? ревела Наташка.

? А я скажу: потому что ты так себя ведешь! Все эти твои ужимки, дурацкое кокетничанье и хихиканье умному парню до лампочки, а всяким подонкам ? то, что надо! Сама напрашиваешься! Сиди дома и носа не смей высовывать, пока не поумнеешь!

С горя Наталья еще усерднее налегла на учебу.

Тройки по математике совсем исчезли из ее дневника, да и с русским наладилось. Благодаря частым диктантам она почти перестала делать ошибки. Но зато другие предметы были в сплошном пролете, ? на них ее усердие не распространялось.

? Ты что, совсем спятила? ? возмутилась Настя, когда подруга схватила третью пару по химии.