Свет далекой звезды

Разговор с ассистентами был более продуктивным. Большинство из них имело ученую степень и готово было рыть землю, чтобы стать доцентом или хотя бы старшим преподавателем. Но свободных ставок не было. И вот теперь появилась надежда на уход Паршикова, и значит, на появление вожделенной ставки. Уже поэтому стоило поднапрячься.

– Все ассистенты, имеющие ученую степень, это в перспективе доценты, – поддержала Ольга их честолюбивые мечты, – и будущие лекторы. Но к этому надо готовиться. Сразу хорошим лектором не станешь.

Да, сейчас свободных ставок нет. Но потренироваться в чтении лекций у вас есть возможность уже сейчас. Правда, пока бесплатно и по воскресеньям. Кто согласен, прошу остаться, остальные свободны.

Ее кабинет покинули только двое пожилых ассистентов, не имевших ученой степени. Остальные остались.

– Вот и замечательно! – обрадовалась она. – Давайте составим график чтения дополнительных лекций для отстающих. И надо немедленно начать разработку методических пособий к каждому практическому занятию.

Показать решение четырех-пяти типичных задач и подобрать подобные для самостоятельных упражнений. Буквально за три-четыре дня. Ректор обещал помочь их размножить. И во всех аудиториях повесить плакаты с основными теоремами и формулами, таблицы пределов, производных и интегралов. Повесить так, чтобы их можно было поворачивать к студентам тыльной стороной при проверке. И не забыть школьный курс, вплоть до действий с дробями. Гонять по ним каждого, пока не запомнят. Ни в коем случае не давать списывать. У кого есть еще предложения?

Других предложений не было, но все дружно ее поддержали. Было видно, что они были готовы броситься в бой немедленно. И команда “вперед!” была дана.

Проверка знаний студентов во всех потоках подтвердила ее худшие предположения. Поскольку списывать было не с чего – у каждого студента имелся свой вариант заданий – оценки оказались самыми плачевными. Средний балл у первого курса равнялся двум целым трем десятым. То есть двойке. Хуже некуда.

Результаты были немедленно сообщены ректору.

Тот срочно собрал ученый совет, на котором минут двадцать метал громы и молнии.

– Вы думаете, это двойку получили только студенты? – шумел ректор. – Это двойка всем математикам как преподавателям! Вы не им – вы себе поставили два. Своей работе!

Ученый совет подавленно молчал. Да и что тут скажешь?

– Ольга Дмитриевна! – взмолился, наконец, уставший ректор. – Если вам удастся вывести курс из прорыва, честное слово, награжу.