Забытая лейка

В общем, давай, подписывай договор, даже не сомневайся. Мы в тебя верим, и я, и Томер.

– И Михалька?

– А она больше всех.

В начале следующей недели редактор вышел с ней на связь по Скайпу, и она дала согласие по всем пунктам – как будто нырнула в глубокую и холодную воду.

Ее основными пациентками были женщины – в основном, разведённые, а потому материала накопилось – выше крыши.

"Мале", – так говорила ее внучка, одинаково хорошо болтавшая на двух языках.

Полно. А вот про мужчин – совсем не полно, а если быть честной – нет у нее материала.

Редко она выслушивает мужские исповеди, видимо, они предпочитают поделиться проблемами с друзьями, не очень веря в эффективность встреч с психологом. А сочинять, высасывать из пальца… Она знала, что жизнь – лучший сценарист и лучший режиссер, и ничего интереснее она не придумает.

Внезапно вспомнился тот, кофейный, период ее жизни семь лет назад. У Пикассо были голубой и розовый периоды творчества, у Баха – Веймарской и Лейпцигский, а у нее – кофейный.

Конечно, там было совсем немного встреч, но каких! Правда, была парочка женатых экземпляров, но большая часть – разведённые. Им было неинтересно послушать про нее. Ничего, ну, скажем, почти ничего, кроме того, живёт ли она одна или с детьми.. Зато о себе они рассказывали с удовольствием. Натка говорила, что они чувствуют в ней психолога. Уже тогда она научилась слушать вполуха, не напрягаясь и не задавая лишних вопросов.

Запомнилось несколько персонажей: Юрий – достаточно симпатичный, худощавый, приехавший откуда-то с севера на поезде. Он грустно поведал, что совсем недавно выяснилось: два его сына – совсем взрослые парни – вовсе не его дети, и отцы у них разные. А его жена, не подумайте ничего такого! – она врач, успешная и уважаемая коллегами и пациентами. И красавица, к тому же.

Ещё один пришел на свидание в какой-то рабочей форме с буквами на спине, обреченно сообщил, что жена изменила ему, сообщила об этом факте и ушла жить в их вторую квартиру, которую он приобрел для сдачи.

И вот теперь надо подавать на развод.

– Она мне сказала, что я только и умею, что зарабатывать деньги, а больше ничего, – горько пожаловался он, ерзая на стуле в тщетной попытке найти удобную позу.

Хотя было ясно, что стульев для людей с таким весом и такими габаритами ещё не придумали – только диваны и, может быть, ещё – кресла.