Мой секс

)

Словом, все было не до того, и следующую попытку лишиться невинности я предприняла не скоро – это случилось только на первом курсе. В гримерке стриптиз-клуба, в кото-ром я недолго работала (обязательно расскажу об этом), я познакомилась с Ильей, музыкантом из Москвы. Он пялился на меня, хотя полуголых и голых женщин там было много, впрочем, пялился скорее скромно, стесняясь и так же стесняясь сказал мне несколько комплиментов и попросил телефон. Я дала ему телефон Даши – она тогда уже жила отдельно, и я часто у нее ночевала.

Илья вообще-то был скорее не мой тип – лет тридцати, хоть и симпатичный, но меня подкупило его поведение: не опытный самец, а какой-то Питер Пэн; он изо всех сил смотрел в глаза, а когда все-таки не выдерживал и стрелял ими вниз, непроизвольно (тогда я не была еще настолько цинична, чтобы думать о том, каких трудов стоит выработать эту непроизвольность) краснел.

Я дала ему номер скорее потому, что не смогла сходу придумать, почему нет, но на следующий день Даша, когда я к ней приехала вечером, сказала, что мне весь день названивал какой-то Илья – и я задумалась.

Он уехал в Москву, оставив свой московский номер, но что мне было с ним делать? В следующие несколько дней Даша затроллила меня – один нашелся, и тот в Москве, и тот уехал, оставаться тебе, Ниночка, в девственницах, пока опять не приедет – до такой степени, что я, сильно на нее разозлившись, объявила, что прямо сейчас еду на Московский вокзал, покупаю билет и отправляюсь на дефлорацию. Что и совершила.

Утром я оказалась в Москве.

Был октябрь, довольно холодно, города я совсем не знала и не представляла, что делать. С вокзала я позвонила Илье, но телефон предсказуемо не отвечал. Расстроившись, я доехала до центра, гуляла, грелась в кафешках, звонила Илье и слушала гудки и так провела весь день. Мое настроение сменилось за это время кардинально: утром это была досада – ближе к вечеру абсурд происходящего меня уже только смешил. Мне оставалось только доехать до Ленинградского вокзала и сесть на поезд обратно – у меня даже не было ни одной московской знакомой, у которой я могла бы переночевать. Однако же ровно перед тем как я уже окончательно решилась ехать обратно и в последний раз зашла в телефонную будку, Илья наконец ответил. Непринужденным тоном я сказала ему, что вот так и так, оказалась в Москве и почему бы нам не встретиться, если у него есть время. Из всех московских ориентиров я успела выучить только памятник Пушкину, так что встречу назначили у него.