Ветер с Севера. Рассказы

Меридана посмотрела внимательно на пищащий сверток, затем поморщилась брезгливо и отвернулась.

– Это отродье Джараака, – отчетливо скрежеща зубами, объявила она. – Да еще и некромантка к тому же. Отнесите ее во дворец, и пусть магистр делает со своей дочерью, что пожелает. А я ее видеть не хочу.

– Но как же так? – оторопела старая женщина.

– Мне слишком многое пришлось вынести от ее папаши, – пояснила Ниралуа, – чтобы жалеть дочь, рождения которой я не хотела.

Несколько долгих секунд повитуха молчала.

– Что ж, понимаю вас, – наконец сказала она. – Но хотя бы имя ей дайте. Должна ведь бедняжка получить хоть что-нибудь от родной матери, кроме жизни?

– Имя, – пробормотала меридана и в первый раз внимательно посмотрела на дочь. – Имя… Скажите Джарааку, что я назвала ее Кадиа. А теперь пусть магистр забирает дело рук своих. То есть, не рук, разумеется, а кое-чего другого.

Перед глазами Ниралуа вновь встали бесконечные вечера, когда магистр во время своего чудовищного обряда насиловал ее, и она уже совсем другим тоном, пронзительно и резко, закричала:

– Уберите от меня эту проклятую тварь, пока я собственными руками не выкинула ее в окно!

Она сделала резкий нетерпеливый жест, и повитуха поспешила исполнить приказание мериданы.

Закутав новорожденную потеплее, она подхватила ее и понесла во дворец к отцу.

Когда шаги стихли, Ниралуа смогла наконец вздохнуть с облегчением. Послезавтра она покинет Фатраин, и все останется позади. Вся боль, унижения, страдания…

Ута.

Крохотная прибрежная страна, расположенная через пролив, недалеко от Вотростена. Почвы там весьма скудные, и каждый выращенный колосок стоит жителям неимоверных усилий. Устав бороться с суровой природой, местный царь наскреб немного денег и попросил у Фатраина мага. Что ж, эта работа как раз по ней – созидание. А слабому волшебнику там точно нечего делать – он не справится. А она, меридана Ниралуа, член ковена, заодно как следует отдохнет ото всего, что на нее свалилось.

Она прикрыла глаза, намереваясь немного вздремнуть, но тут дверь осторожно распахнулась, и вошел Рьятен.

Сердце Ниры радостно подпрыгнуло, а он нахмурился и тихо, но очень серьезно сказал:

– Ты должна была сообщить мне обо всем сразу. Мне казалось, что я тебе не посторонний.

– Прости, – ответила она просто, однако сожаления в сердце отчего-то не было.

Что было, то прошло, и ничего уже не изменишь. Все, что в их силах – это смотреть в будущее.

– Виреет мне все рассказал.