Волчьи похождения

Антилопа вскинула голову и уставилась на него, по-прежнему поглаживая зеркало. В ее звериных глазах застыло блаженство – так, как если бы она сейчас вкушала диковинное райское блюдо. Эти глаза слезились от счастья. Носик ее довольно подергивался.

Она подобрала колени к груди, отчего ее платье нескромно задралось. Хозяин отвел смущенный взгляд.

– А, Волк, – томно промолвила она. – Заходи.

Она осталась сидеть в той же позе, словно завороженная. Волку стало жарко в его шкуре.

– Должна сказать: завтра я отправляюсь к Дракону.

Расскажу ему про зеркало – он подскажет, что делать дальше. Не могу я больше сидеть взаперти и прислушиваться к каждому шороху – не идут ли зайцы и бараны? А уж если меня все же обнаружат здесь… что будет с тобой? Они не дадут тебе жизни. Мне нужно побыть наедине с собой, обдумать то, как быть дальше.

Волк накрыл лапой ее белоснежную ладошку и некрепко ее сжал.

– Теперь я точно уверена, что это заколдованное зеркало. По-другому объяснить свое желание обладать этой вещицей я не могу.

Видишь, как она действует на меня? Я бы хотела сейчас бежать, бежать с ней подальше отсюда, но…

– Но?

– Пока я еще могу сопротивляться. Потому что знаю – ни к чему хорошему меня это зеркало не приведет. Я чувствую, как сладко оно пахнет, – но это запах погибели, гниения. Чуешь?

Волк не чуял. Но теперь, после ее слов, он не хотел находиться с зеркалом в одном помещении. Он забрал его из рук Антилопы – она послушно расплела пальцы – и отнес в другую комнату.

Старался двигаться тихо, чтобы не разбудить спящую Девочку, – как он предполагал, она находилась именно там. Но он ошибался.

Постель была в беспорядке, как будто тот, кто в ней спал, поспешно ее покинул. И он не видел, чтобы Девочка выходила из дома. А это значит, что…

***

Пугало было высотой в человеческий рост. Набитое соломой, оно висело под потолком и устрашающе глядело на незваного гостя – и, казалось, вот-вот прыгнет на него. Одели его, похоже, в охотничий костюм. Из шляпы торчало павлинье перо.

Пугало буравило пришельца глазками-пуговицами, от чего последнему было не по себе.

Страшилу насквозь проткнули вилами в области груди – характерные отметины наблюдались и на других частях тела, словно его создатель только и делал, что день за днем мучил несчастное существо. На пугало было неприятно смотреть, хотелось отвернуться. Такого обращения не заслуживает никто, даже кукла.

Волк знал, для чего сосед смастерил это чудище.