Слово и Чистота. Иллюзия

– Любопытство, многие считают эту человеческую черту чуть ли не пороком, – взгляд сенса перестал блуждать, и его серые с металлическим оттенком глаза теперь буквально буравили моё забрало. – Многие, но не я.

Наставник рейгов произносит это с лёгкой улыбкой, но то, как он немного растягивает слова, показывает, что Созидающий так же, как и я, тянет время, лихорадочно просчитывая в голове возможные варианты диалога. Да, первое впечатление меня не обмануло, напротив сидит очень опасный противник. Впрочем, противник ли?

– Ты первый из Рыцарей, кто посетил нас без приглашения, – в его словах нет и намёка на осуждение, скорее, в интонациях проскальзывает едва скрываемое то самое любопытство.

И он сказал «нас», что меня по правде запутало и сбило с мыслей.

– Мне уйти? – так сказал бы реальный Изао, и я посчитал лучшим в сложившейся ситуации вести себя в подобном ключе. Тем более если правильно успел просчитать собеседника, то его ответ очевиден.

– Это место закрыто от мирской суеты, – странно как-то, закрытый монастырь, расположенный в огромном мегаполисе, пусть и в охраняемой зоне, близкой к дворцовому комплексу – необычный выбор местоположения.

 – Но Рыцарям мы всегда рады.

И вот понимай, как хочешь. Сперва «без приглашения», потом «всегда рады». Похоже, что он тестирует моё поведение. Или боится спугнуть, не хочет показаться навязчивым, оставляя для меня пути вежливого отхода? Но то, что меня не прогоняют, это точно, на что я, собственно, и рассчитывал. Уйти сейчас, не получив ответов на гложущие меня вопросы, – вот это точно не входит в мои планы.

Чувствую, как инициатива в диалоге постепенно переходит к собеседнику. И чем дольше будет продолжаться этот обмен двусмысленностями и недосказанностями, тем выше вероятность того, что меня обыграют вчистую. Переиграют банально на опыте, которого у Созидающего явно в разы больше. А значит, надо менять линию поведения, и не плавно, а рубить с плеча.

Я Рейг, в его глазах – мальчишка, обретший невероятные силы и пудовый мешок ответственности в нагрузку к ним.

Играть в слова – это не то, на что я могу тратить время. Накрутив себя подобным нехитрым образом, демонстративно отодвигаю и так стоящую почти на краю стола пустую пиалу, наклоняюсь немного вперёд и произношу:

– Вы странный.

Его лицо озаряет улыбка, откровенная, чистая, как вода родника. Я ошибся, он был готов к такому повороту!

– Мне говорили, – в его словах нет и намёка на оскорбленность, скорее лёгкая, едва уловимая усмешка.