Слово и Чистота. Иллюзия

Так что вычислить их личности даже мне, одиночке, и то не составит большого труда, после того, как он СТОЛЬКО наговорил. – Все дёрганые, у тёти Ма…, у тёти нервный тик начался, дети не спят, плачут постоянно… Два месяца уже мучились. А вчера… В общем, ну… Бэнр пса и того… – вялый взмах топора как пояснение вполне ясен.

Не понял. Ржавчина за убийство собаки? Даже не думал, что за подобный поступок может последовать наказание от Излома. Не то чтобы я задумывался об убийстве животных, но как по мне, всё равно чрезмерно.

– Теперь нам можно уйти? – названный Бэнром явно не в восторге от говорливости товарища.

И он боится. Добрыня, кстати, наоборот, вообще не воспринимает меня как угрозу, смотрит, как на любимого персонажа, которого довелось встретить в реальности. А худощавый… С ним сложнее… Чувствует исходящую от меня агрессию, но не понимает, что моё раздражение направлено на Чистоту и воспринимает на свой счёт. При этом трезво оценивает свои шансы и не пытается бежать, а спрашивает разрешение.

– Можно, – отвечаю ему. – Хотите погибнуть при первом же Прорыве? Вперёд. Не задерживаю…

– Чего это! Да мы! Этих монстров!.. – взрывается тут же, взмахивая руками, широкоплечий. Эх, парень, имя не того богатыря те выбрал себе, тебе Алёша, который Попович, подходит куда как больше, а не Добрыня.

– Всё так плохо? – делая шаг вперёд, произносит латник, перебивая друга.

– Отвратительно, – щадить их самомнение не в моих планах.

– Научите? – я аж обалдел от такой наглой прямолинейности.

– Могу показать, – ухожу от прямого ответа.

Чистота, не лезь! Я ещё не решил!

– Нападайте, – не понимают, что ли? Стоят, как истуканы. – Считаю до трёх. Ра…

Не успел произнести, как широкоплечий ринулся вперёд и взмахнул топором. Как медленно, вязко и тягуче. В реальности такой удар был бы опасен, учитывая его массу и оружие, но в Изломе…

Лёгкий толчок одними пальцами ног, полуразворот, и его выпад проходит мимо, а моя ладонь впечатывается ему в лоб.

– Сила рейга…

Продолжая движение, использую свой удар, как дополнительный толчок, немного меняя направление. Росчерк клинка полуторника поражает только мой плащ. И новая затрещина прилетает уже латнику.

– Не в оружии…

Разворот, подсечка, толчок, и два оболтуса врезаются друг в друга. При этом прана Бэнра проседает на половину, так как он налетел на топор товарища.