Падение в песок

Мы можем хоть завтра сдохнуть, упав жопой на ядовитый кактус. Пусть о тебе останется хоть какая-то память. Мертвые писем не пишут.

Он легко, будто вспорхнув, поднялся на ноги, похлопал меня по плечу и удалился. Через некоторое время я последовал за ним, в казарму, где выпросил у ухмыляющегося Денни ручку с бумагой и сел писать ответ пятнадцатилетнему мальчику из штата Мэн.

***

Начиная с 8 лет, Адриана мучили кошмары.

Они отличались разнообразием, но заканчивались одинаково: мальчика проглатывала бездна.

Он падал, убегал, прятался, но в конце огромный злобный сгусток темноты настигал его и заглатывал, а потом Адриан просыпался весь в поту. Он почему-то не кричал, так что его матери порой удавалось выспаться, хотя она почти всегда безошибочно чувствовала, когда нужно зайти в спальню сына и проверить, как он там. Она заставала его сидящим у окна, будто он высматривал кого-то, кто вот-вот вернется домой. Она сама хотела бы сидеть у окна, смотреть в него и ждать, когда из-за поворота покажется знакомая фигура, но наступало утро, у нее были дела, и эти мысли исчезали до очередной ночи.

Адриан проснулся довольно рано, на часах еще не было девяти. Была суббота, в доме стояла тишина. Сабина уехала по работе, и Адриан был совсем один.

Он спустился на кухню, приготовил себе завтрак и включил телевизор. Сегодня он подрабатывал в кафе «Айс Файв», его смена начиналась только в 10 утра, а само кафе было в пяти минутах ходьбы от дома. Свободного времени было много.

После завтрака Адриан привел в порядок свою комнату, зашел в магазин комиксов за пополнением своей коллекции, а ближе к десяти одел форму и вышел на работу.

Кафе было довольно старым, и работники в нем сменялись редко. Адриан работал там уже год, подрабатывая по выходным. В его обязанности входило делать кофе, наполнять вафельные рожки мороженым и помогать с мойкой посуды и подносов. Не работа мечты, но к концу года он сам купил себе велосипед.

Колокольчик на двери звякнул, когда он зашел в кафе.

Адриан кивнул всегда хмурому уборщику, поздоровался с управляющим и стал за прилавок. По субботам обычно был наплыв посетителей.

Ближе к двум часам дня, когда голова у Адриана шла кругом от сотни заказов, плачущих детей, к которых упало мороженое, ругани родителей, которые уронили мороженое ребенка, и смеха многочисленных школьников, которые наводнили «Айс Файв», из всеобщего гула он выловил знакомый мелодичный голос:

– Латте и «Банана сплит», пожалуйста.