Слово и Чистота. Отражение

 – Бало, Лао, – он указывает ладонью на двух крепышей в монашеских одеяниях и столь выбивающихся из их внешнего вида кроссовках. – Специалисты силовой поддержки. Не советую с ними шутить, у них совершенно отсутствует чувство юмора. – Пара похожих как близнецы боевиков даже бровью не повели на эти слова. – Нейн. – Ладонь высокого азиата переходит на испано-португальца, который вновь надел сапоги и, услышав своё имя, степенно кивнул. – У него, наоборот, очень специфические шутки, просто не обращайте на них внимание. Следователь-дознаватель группы.

Руи. – Кивок на девушку с тубусом. – Незаменимый и уникальный специалист, можете доверить ей любые тайны, она их сохранит. – Названная сделала шутливый реверанс, подобный жест при её мини-юбке показался мне выходящим за рамки приличия, так как, приподняв края юбочки, она оголила слишком многое. – Меня же можете называть Зан Кхем. – Не думаю, что это настоящее имя, так как по звучанию мне показалось похожим на вьетнамское слово «меч», но, может, у меня просто нервы разыгрались.  – Вам же представляться нет необходимости. Майю Гримм, – вежливый поклон в сторону открытого рейга при произнесении её имени, – знает весь мир. А вы, – взгляд старшего группы Воздаяния упирается в мой лицевой щиток, – предпочитаете, чтобы вас называли Маэстро. Мне этого вполне достаточно.

Чем больше наблюдаю за тем, кто назвался Зан Кхемом, тем сильнее у меня диссонанс. По внешнему виду и по тональности голоса он скорее похож на топ-менеджера какой-нибудь корпорации, чем на старшего в боевой картельной группе клерикалов.

Майя наконец-то очнулась, видимо, вежливость по отношению к старшим, которая тут прививается буквально с пелёнок, возобладала, и, убрав руку с моего предплечья, глубоко поклонилась. Впрочем, как только она завершила жест, её ладонь снова схватила меня за рукав.

Кивнув и приглашающе взмахнув рукой, мистер «Меч» начал спускаться по тропе, удаляясь от ворот Обители Знаний. За ним тут же пристроились Нейн и Руи, а вот два лысых монаха дождались, пока двинемся мы с Майей, и только после этого их почти неслышные шаги зашелестели за спиной.

Меня, кстати, эта пара, Бао и Лао, совершенно не нервировала, именно такими я и представлял себе восточных инквизиторов. Суровыми, молчаливыми, бесстрастными, с характерными мозолями на ладонях и сбитыми костяшками. Они полностью укладывались в образ. В отличие от той троицы, что шла перед нами. Нейн больше напоминал такого олдскульного байкера, чем дознавателя особой группы.